Боцман и чертовка

По бегущим бойцами открыли огонь из скорострелов, пытаясь отсечь от выхода, просто поводя стволами из стороны в сторону, пара молодых споткнулась на бегу и упала носом в пластбетон площадки, чтобы уже не подняться никогда. Гошарк начал стрелять, чтобы просто прикрыть себя и остальных огнем, как внутри ангара вспыхнула резня и крики, звуки выстрелов и вопли боли. Бойцы покрыли последние метры за несколько секунд и приникли к стенам. На площадке остались лежать трое, командир скрипнул зубами, их ведь можно было спасти, врачебный комплекс был рядом, но теперь он улетел. Рома сказал две минуты, прошло уже тридцать секунд и время неудержимо таяло, а сам корабль маячил словно мираж — единственное судно, которое может вывести их отсюда сейчас улетало и вся эта война теряла всякий смысл. Но осталась злость на погибших молодых ребят и десантник с ревом влетел в ангар, чтобы отомстить за погибших.

Внутри несколько десятков ингеров, прикрываясь за кожухами станков и оборудования, поврежденными роботами и стеллажами с запчастями, вели перестрелку с федералами, которые вылезли непонятно откуда. Гошарк узнал Хроста и его бойцов, понял, что Нар успел уничтожить не всех и присоединился к товарищам, ударив ингерам сбоку. Зажатые с двух сторон, они не знали какая из целей более опасна, начали паниковать и пугаться, их выстрелы звучали все реже, федералы провели решительное наступление, чтобы окончательно деморализовать противника и выбить из него боевой дух. Однако некоторые из них были словно одержимые, лезли прямо под пули и выстрелы из энергооружия, погибали, хрипели, но пытались добраться до врага, чтобы загрызть его или поцарапать. Внезапно в тылу ингеров возникла неразбериха, кто-то просто резал их на лоскуты, за станками не было видно, что там происходит и Гошарк предпринял попытку прорыва. Не сговариваясь, они с Хростом рванули вперед, бойцы прикрыли их огнем. Расстреляв пару-тройку попавших под горячую руку противников, федералы остановились, разглядывая следующую картину — крепкий широкий могучий боец, в котором десантник признал Боцмана, крушил серокожих направо и налево, двигаясь очень быстро среди них, словно молния. Его накидка была сброшена, на кирасе отметился след от выстрела из лучевика, а сам он как будто увеличился в размерах, что было очень удивительно, учитывая и так его немалые габариты. Глаза пылали натуральным красным огнем, человек-мутант словно напоминал древнего воина-берсеркера нишха, которых изображали на старых картинах и гравюрах, ими очень любили пугать вехи. Гошарк припомнил, что все эти сказки на самом деле не были такими уж и ложными — все предания и сказания всегда основаны на каких-либо фактах, которые каждый народ интерпретирует по-своему. Нишхи владели ментальными силами и вполне могли внушить или внедрить мысль, а также свой страшный образ противнику, но вот Рома не нишх, он вообще другой расы и такой неожиданный эффект от пребывания в лечебном комплексе Амебы. Удивительно.

Тем временем Боцман-берсерк прекратил неистовствовать, перебив почти всех пытающихся сопротивлятся ингеров, его поддержали огнем охотники, а сам человек, как только упал крайний бездыханный труп, закинул импульсник за спину, сунул огромное мачете в ножны и шагнул к Гошарку, который опустил оружие. Хрост стоял насторожено, глядя на большого бойца, который начал словно сдуваться, возвращаясь к своим обычным размерам, тоже однако не маленьким, просто он уже не казался таким уж гигантом.

— Что с диспетчерской?, — спросил командир десанта.

— Все входы заминированы, туда просто так не попасть, даже не знаю, есть ли кто-нибудь внутри или нет, — Покачал Рома головой и повернулся к Хросту, — Что у вас здесь произошло?

Тот оперся на станок, его бойцы заняли круговую оборону и держали пару дверей под прицелом.

— Когда корабль улетел, то Нар вынес на всеобщее обсуждение вопрос о том, чтобы покинуть планету и вернуться в цивилизацию. Все наши вместе с Кирком воспротивились такому решению, ясно же, что там нас ничего хорошего не ждет — пытки и допросы, а после зачистка, но Нара безоговорочно поддержали ингеры. Елиша и ваагри остались нейтралами, но вех постоянно склонял их к сотрудничеству, суля просто невообразимые горы богатства и если за палочников я не переживал — как сказал их вождь так и будет, то вот лагерь ваагри разделился. Коноп и часть техников примкнула к нам, а Жетон и его лебезящая гвардия — к Нару. Нас было около ста, тогда как у веха почти двести семьдесят. Мы первыми заняли диспетчерскую, чтобы не дать им послать сигнал о помощи и сломали антенну дальней связи, вот тогда Нар и предпринял первое нападение на нас. Кирк как в воду смотрел — мы успели подтащить часть вооружения к башне, забаррикадировали и заминировали основные входы-выходы, есть пара лазеек, по которым мы и выходим наружу — через канализацию, а понаставленные мины — просто муляж, но о них знают только наши, ингеры и так сильно напуганы расколом и вашим прилетом.

— А где Кирк?, — спросил Гошарк.