3. Получил Твое письмо о «Братстве Русской Правды». Я, конечно, не располагаю совершенно необходимым материалом для того, чтобы судить о том, насколько жизненна эта организация. Однако уже то, что Братство связалось в своей работе с Россией с агентурой Кутепова1324, вернее, соприкоснулось с нею, заставляет относиться к нему с исключительной осторожностью, так как проникновение в эту организацию агентов ГПУ стало вполне возможным. Кроме того, та шумиха, которую они, т. е. Братство, подняли, свидетельствует о несерьезном отношении к поставленным себе задачам. Записки Атамана Кречета, несомненно, не подлинное описание партизанских действий, а роман, основанный, может быть, на действиях какого-либо небольшого партизанского отряда, давно уже ликвидированного. Ты, наверное, помнишь рассказ Ильина1325 о его разговорах с Соколовым. Достаточно их вспомнить, чтобы себе представить ясную картину того, что из себя представляют возглавители Братства. Будучи вполне благонадежными людьми, они, тем не менее, решились на блефирование своей организации. В таком серьезном деле, я считаю, что никакой обман недопустим, даже имеющий благую цель расширения своей деятельности на благо общему делу. Во всяком случае, основывать активную работу на этой организации было бы ошибочным.
Пока до свидания. В ближайшие же дни напишу тебе дополнительно.
(подпись).
А.В. Амфитеатров полемизирует со мною в «Возрождении»1327 по поводу моего «Дневника» (218) в № 10 «России»1328. Я не стану продолжать этого спора и скажу только, что, к сожалению, г.(осподин) Амфитеатров просто плохо осведомлен и введен в заблуждение. Я могу только констатировать это и предоставить читателям самим решать, на чье осведомление им надлежит полагаться и кому в этих вопросах верить. Дальнейшие разъяснения с моей стороны в данный момент я считаю и ненужными и вредными для дела борьбы, и полемизировать на эту тему не намерен.
В № 13 «России» П.Б. Струве напечатано письмо в редакцию следующего содержания:
Милостивый Государь,
Господин Редактор!
Прошу не отказать в любезности — поместить настоящее письмо на страницах Вашей уважаемой газеты.
В газете «Возрождение» от 8 ноября с.г. в «Листках» г.(осподина) Амфитеатрова имеется утверждение о сотрудничестве трагически погибшей жены моей Марии Владиславовны Захарченко-Шульц с организацией «Русская Правда»1330.
В целях восстановления истины считаю долгом заявить:
Мария Владиславовна Захарченко-Шульц никогда не только не состояла в «Братстве Русской Правды», но даже ни с кем из братьев этой организации (по крайней мере, официально причисляющих себя к ней) не была знакома, что мне, непосредственному участнику всей ее работы последних лет, доподлинно известно.
Тем более, конечно, ложью звучит сообщение о постановке ею кого-то в связь с неизвестной ей организацией.
Не считая нужным распространяться долее на эту тему, прошу на будущее время лиц, мало осведомленных в деле борьбы с большевиками, остерегаться безответственных субъектов, пытающихся в своих неизвестных целях спекулировать на светлом имени покойной М.В.
Просьба к другим газетам настоящее письмо перепечатать.
С совершенным почтением
Капитан Радкович-Шульц1331.
Несмотря на столь категорическое заявление, закрепленное супружеским авторитетом, я, к сожалению, вынужден его оспорить.
Причина:
Когда Братство Русской Правды вступило со мной в сношения, оно предложило мне проверить их, братьев, бытие и деятельность у трех лиц, пользующихся во всей белой эмиграции безусловным авторитетом. От всех троих я получил письма самого лестного содержания для братства. Одно из них, объясняя мне связь БРП с партизанской группой Зеленого Дуба (вошедшей в состав братства), прямо пишет, что свое свидетельство о БРП он черпает «из показаний лично мне известной Захарченко-Шульц».
Что же касается Зеленого Дуба, то М.В. Захарченко-Шульц была связана еще в 1925 г. «Тогда, — пишет мне то же лицо, — я виделся с Захарченко-Шульц, сообщившей мне о начале активной (первоначально террористической) работы организации Зеленого Дуба… В 1927 году в самом начале партизаны Зеленого Дуба, атаманов Дергача, Кречета, Клима и др. соединились с Братством Русской Правды, войдя в ее состав».
Я не имею права, не могу и не хочу публиковать имя, вверенное мне конспиративно, но, если угодно П.Б. Струве, то, доверяя его чести, могу сообщить ему это имя частным порядком!
Затем:
Если бы я даже ошибся, паче чаяния; поняв вышеприведенные строки шире, чем они предназначены были сказать, то ошибка эта — моя личная, и БРП не несет за нее ответственности: я не сносился с ним о М.В. Захарченко-Шульц.