Братство Русской Правды – самая загадочная организация Русского Зарубежья

Владимир Григорьевич Орлов (1882–1941), действительный статский советник, юрист, следователь по особо важным делам, участник Русско-японской войны. В годы Первой мировой войны он работал в контрразведке, был главным военным прокурором при штабе войск Западного фронта. Сразу после Октябрьской революции по поручению будущего командования Добровольческой армии под именем Болеслава Орлинского внедрился в Петроградскую следственную комиссию и стал председателем Центральной уголовно-следственной комиссии при Совете комиссаров союза коммун Северной области. Произвел как толковый специалист самое благоприятное впечатление на Ф.Э. Дзержинского. Одновременно В.Г. Орлов руководил подпольной белой организацией. В мае 1918 г. бежал в Одессу и вскоре стал руководителем разведки, начальником отдела в штабе Верховного командования Вооруженных сил Юга России.

В 1920 г. Владимир Григорьевич ездил в Ригу для освещения мирной конференции между Польшей и Советской Россией. С 1921 по 1926 г. В.Г. Орлов был прикомандирован к комиссии П.Н. Врангеля, созданной в Берлине для контрразведывательной работы против Ш Интернационала. Комиссия занималась оперативной работой и сбором информации о деятельности большевиков. Деятельность В.Г. Орлова, по меткому замечанию современных историков, доставляла «массу неприятностей Коминтерну и иностранному отделу ОГПУ»¹²².

Полномочия между секретариатом БРП (А.Н. Кольберг) и берлинской структурой разделялись следующим образом. В письме А.Н. Толю В.Г. Орлов писал: «Всю переписку по делам Братства направляйте прямо Кольбергу, а мне все по разведывательной части, т. к. мы две эти работы, особенно по личному составу, не путаем»¹²³.

По мнению А.И. Добкина, В.Г. Орлов первое время сохранял связь с агентами в СССР, но затем они были арестованы, и вместо них информацию пересылало ОГПУ. Владимир Григорьевич активно сотрудничал с разведками Германии, Великобритании, Польши, Франции и Финляндии. Фанатичный противник большевизма считал, что для борьбы с ним хороши все способы. Он наладил производство фальшивых документов Коминтерна, заграничных аппаратов Наркоминдела, ГПУ и Разведуправления РККА.

В 1925 г. А.Н. Кольберг познакомил с ним агента ГПУ Н.Н. Крошко-Кейта. В.Г. Орлов незамедлительно потребовал характеристики у А.Н. Павлова, и тот дал самый лучший отзыв о деятельности Братства Белого Креста (ББК)¹²⁴.

По просьбе А.Н. Павлова Н.Н. Крошко-Кейт из Финляндии перешел советскую границу в районе Сестрорецка. Для этой операции было использовано «окно» В.Г. Орлова, сохранившего связи в Выборгском отделе финской политической полиции. Естественно, назад Н.Н. Крошко-Кейт вернулся с профессионально составленной дезинформацией, в которую поверил В.Г. Орлов, предложивший ему работать на БРП. Используя новое положение, Н.Н. Крошко-Кейт выявил агентов в Латвии и Литве, узнал об операциях по разработке сотрудников советского полпредства. В 1927 г. через финское окно он снова посетил СССР¹²⁵. Став «своим человеком», «король кремлевских шпионов» похитил всю документацию и образцы документов, штампов и печатей.

Историк И. Симбирцев пишет, что в 1929 г. чекист организовал провокацию, представив перед германскими спецслужбами «братчиков» в качестве обычных уголовных преступников, пользующихся поддельными документами и желающих разжечь советско-германский конфликт. В результате немецкая тайная полиция арестовала В.Г. Орлова и ряд его сотрудников. Деятельность БРП в Германии была парализована. Причем Крошко для этой операции сфальсифицировал документы Германского филиала¹²⁶.

Официальным поводом для судебного процесса явилась история с завербованным В.Г. Орловым Михаилом Георгиевичем Сумароковым-Павлуновским (псевдонимы Карпов и Якшин), бывшим эсером, сотрудником Петроградской чрезвычайной комиссии, а с 1919 г. — особых отделов ВЧК на Украине. В 1920–1922 гг. Сумароков-Павлуновский руководил заграничной работой Особого отдела ВЧК. Затем был направлен по линии политической разведки в Берлин. В 1924 г., растратив казенные деньги на актрису Дриммер, вынужден был выдать известные ему секретные сведения германской полиции. Как раз он и занимался фальсификацией различных политических и военных документов.

В июле 1929 г. в Берлине состоялся процесс по делу белоэмигрантов В.Г. Орлова и М.Г. Сумарокова-Павлуновского, обвинявшихся в подделке документов. По процессу проходил и А.Н. Кольберг. Самым скандальным фактом была фабрикация документа, который должен был доказать, что ряд сторонников развития американско-советской торговли и установления дипломатических отношений между двумя странами, в том числе председатель иностранной комиссии американского сената В. Бор и сенатор Дж. Норрис, подкуплены большевиками. Обнародованные после 1991 г. архивные документы опровергают факт фальсификации¹²⁷.