Британская интервенция в Закавказье. Группа «Данстерфорс» в борьбе за бакинскую нефть в 1918 году

Баладжары удерживали две роты 9-го Вустерширского полка, а линию от Баладжар до озера Дарнагюль — 9-й Королевский Уорикширский полк. Южный берег соленого озера Дарнагюль (которое было почти сухим) удерживал армянский батальон, а ущелье сразу к востоку от него — четыре пулемета дивизиона бронеавтомобилей. Одна рота Северного Стаффордширского полка, около 50 человек, находилась в местном резерве в том месте, где дорога на Баладжары пересекает хребет, а рота Уорикширского полка в количестве 100 человек находилась в местном резерве при штаб-квартире 39-й бригады, примерно в 2 милях к востоку от этого пункта на дороге Баку — Бинагади. Четыре полевые батареи, в том числе 8-я батарея Королевской полевой артиллерии и одна гаубичная, находились на правом участке. Два британских бронеавтомобиля разместили в Баладжарах, третий оставался в резерве в Баку. Около 500 армян с батареей трехдюймовых орудий, тремя русскими бронемашинами и кавалерийским эскадроном действовали в окрестностях поселка Сураханы на крайнем правом фланге, чтобы сдерживать турецкую конницу, угрожавшую этому флангу. Эта угроза никогда не носила серьезного характера, и генералу Докучаеву было предложено отвести большую часть этих сил для усиления своего левого фланга, но он по непонятной причине переживал за свой правый фланг и отказался ослабить его. Командование объединенными войсками находилось, разумеется, в руках русского главнокомандующего, но исполнительные приказы о передвижении и дислокации британских войск 14 сентября фактически отдавались полковником Кивортом, который все время оставался на связи с полковником Стоуксом, начальником штаба генерала Докучаева, с командовавшим 39-й бригадой справа полковником Фавьелем и командовавшим 7-м Северным Стаффордширским полком слева майором Леем. Я сам находился в тесном контакте с генералом Докучаевым, а также с диктаторами и военным министром, генералом Богратуни.

Этот отчет не учитывает большую часть бакинских войск, расположение которых нам толком не было известно. Мы получили копии приказов генерала Докучаева, но войска так и не переместились в соответствии с этими приказами.

Глава 17. Вывод войск

Еще до рассвета этого рокового дня, 14 сентября, выяснилось, что сообщенные арабским дезертиром сведения оказались совершенно точными.

В 4 часа утра до моей штаб-квартиры на борту парохода «Президент Крюгер», стоявшего у причала «Кавказ-Меркурий», донеслись звуки интенсивной стрельбы вдоль всей линии фронта, возвещавшей о начале мощного наступления. Настало время для последнего испытания бакинских войск! Если бы они смогли удержаться, все закончилось бы благополучно. Подготовка и боевой дух бакинцев значительно улучшились за последнее время, позиция обладала хорошей природной защитой, и если бы турки все же закрепились на высотах над городом, то им удалось бы это только ценой тяжелых потерь. Случись это, то тогда контратака принесла бы нам победу, и прежде чем противник смог начать еще одно крупномасштабное наступление, подкрепления Бичерахова на севере и наших частей на юге сделали бы город практически неприступным.

И мы питали большие надежды, что теперь исход должен был быть подвергнут испытанию, но нашим надеждам суждено было рухнуть после получения первого же телефонного сообщения. Это отчаянное сообщение ставило нас в известность, что битва окончена и победоносные турки ускоренным маршем, не встречая сопротивления, наступают на город. И это не было особым преувеличением фактических событий, которые заключались в следующем. Атаковав в 4 часа утра и прорвавшись на восток через выемку железной дороги к Волчьему ущелью, турки взяли штурмом этот самый сильный участок линии обороны, где дорога ведет прямо вверх по крутым склонам, и, прорвавшись сквозь бакинский батальон, который должен был удерживать этот участок, теперь фактически овладели высотами непосредственно над городом, в нескольких сотнях ярдов от его окраин и в 3000 ярдов от причалов. Казалось немыслимым, что самая укрепленная часть всей линии фронта так легко оказалась в руках врага, особенно когда все войска были предупреждены о готовящемся нападении, но, как бы невероятно это ни звучало, известие оказалось правдой. С войсками, потерпевшими моментальное поражение при наличии всех преимуществ на их стороне, от Баку теперь действительно было больше нечего ожидать. Теперь проблема состояла в том, как остановить беспорядочное бегство и задержать врага на время, достаточное для обеспечения организованной эвакуации наших войск.

Если у противника на высотах уже есть кавалерия и пехота, его пушки тоже скоро будут там, и, как только они там появятся, гавань окажется в его власти.

Но в этот момент Кавказскую Мусульманскую армию охватила ее обычная нерешительность, давая нам время перестроить боевые порядки войск таким образом, что почти позволяло превратить поражение в победу; на самом деле победа была бы обеспечена даже сейчас, приложи городские войска для этого хоть малейшие усилия.