Броненосцы победы. Топи их всех!

Тем временем на кораблях кипела работа: щелочили котлы, перебирали механизмы, ремонтировали их, ежедневно проводилась чистка обросших водорослями и ракушками днищ. Шла упорная борьба за каждую долю узла скорости, которая была необходима в бою. Не зря говорили: "Лучше на пушку меньше, но на узел больше". Эскадренная скорость была главным козырем Тóго в предстоящем сражении и надо было максимально уменьшить это его преимущество.

Целыми днями матросы на шлюпках скребли днища броненосцев и крейсеров скребками на длинных рукоятках, глубже работали водолазы. К борту плавмастерской "Камчатка" круглосуточно подходили катера и шлюпки доставляя детали для починки и забирая отремонтированные.

Контр-адмирал Карл Петрович Иессен, командир владивостокского отряда крейсеров был в прекрасном настроении. С самого начала всё шло как по маслу. Получив приказ из Петербурга выйти навстречу остальной части флота, идущего во Владивосток и усилить её, Иессен сначала занервничал. Но и выход из порта и проход Сангарским проливом прошли без сучка, без задоринки – адмиралу Тóго было не до Владивостока. На выходе из пролива "Ангара" отделилась и отправились пиратствовать самостоятельно, а "Россия" с "Громобоем" и "Богатырём" пошли на юг.

Судоходство на восточном побережье Японии было весьма активным, никто не опасался русских рейдеров. И хотя проход крейсеров Сангарами не остался незамеченным, но корабли идущие через океан об этом не знали. Было задержано и досмотрено пять судов. Два из них были потоплены, как перевозящие явную контрабанду, а англичанин везущий из Новой Зеландии баранину и шерсть захвачен с собой. Эскадры были на некоторое время обеспечены свежим мясом. Ну а шерсть… Не топить же. Да и кораблик был неплохой – четыре тысячи тонн, с рефрижераторами и вместительными трюмами.

Потом крейсера ушли на ост. Нужно было избегать случайных встреч в океане, которые могли бы подсказать японцам, где встречаются эскадры. И после четырёх дней пути, на подходах к бухте Ллойда по горизонту мазнуло дымком. Радио использовать было нельзя и владивостокский отряд прибавив обороты пошёл на неизвестный корабль. Это был "Изумруд", который вместе с "Жемчугом" и "Светланой" отправили в разведку в предполагаемые зоны подхода "России", "Громобоя" и "Богатыря". Через четыре часа Иессен уже поднимался на борт "Князя Суворова".

Русская эскадра насчитывала теперь уже пятнадцать броненосных кораблей не считая "Дмитрия Донского".

Лейтенант Всеволод Егорьев радовался пожалуй больше, чем остальные владивостокцы, присоединившиеся к эскадре Рожественского. Он имел возможность обнять отца, командира крейсера "Аврора". При первой же возможности он отправился на него, завернув правда, по дороге к борту "Пересвета", чтобы передать письмо своему давнему другу. Но на борт там он даже не поднимался. Даже на встречу с отцом каперанг Андреев выделил не так уж много времени, поэтому нужно было торопиться.

Катер подошёл к чёрному борту крейсера, носившего имя богини утренней зари и молодой человек споро взлетел на его борт.

— А ну, поворотись-ка сынку! — Егорьев-старший с улыбкой встретил сына у трапа и отец с сыном крепко обнялись.

— Всё растёшь, Севка! — командир крейсера с нескрываемой гордостью разглядывал сына, которого не видел больше года.

— Да ну тебя… господин капитан первого ранга, — улыбнулся Всеволод. — Пап, у меня полчаса, извини.

По дороге в салон командира крейсера, Егорьев-младший, глядя по сторонам, начал хмуриться. То, что он увидел на палубе, его явно встревожило.

— Садись, Севка, — отец показал на кресло и подошёл к буфету. — Вот чёрт! Уже сам собственному сыну вино наливаю. Эх! Летят годы…

За бокалами портвейна поговорили о семье, о тех новостях в столице, которые не успел узнать Евгений Романович… Много о чём. И так мало…

— А ты чего такой мрачный, сынок?

— Пап, слушай, а вам что, доклады Иессена о результатах боя с японскими крейсерами не передавали? Не знакомили с ними?

— Да нет вроде. А в чём дело?

— Да ёлки-палки! — сдержанно взорвался Всеволод. — Вам жить надоело? Это что у тебя на "Авроре" за противоосколочная защита? На других кораблях такая же?

— Так! Во-первых успокойся. Ты чего так завёлся-то? сам командующий нас всей эскадре в пример ставил. Именно по поводу противоосколочной защиты в том числе.

— Да после первых же попаданий начнут гореть ваши койки. Пап, вот найди завтра-послезавтра время и приезжай на "Россию". Увидишь как защищать расчёты от осколков. И лучше завтра, чем послезавтра. Чем скорее вы поймёте, что нужно не пожалеть листового железа и нескольких дней работы, тем лучше для вас же. Ты пойми, это ведь не на пустом месте придумано, это выводы после боя с японцами.

— Ладно, ладно, угомонись! Попробую завтра нанести визит на ваш отряд, посмотрим, что за чудеса вы там у себя наворотили. Но скорее не на "Россию", а на "Громобой" – Мне как раз с Дабичем нужно один вопрос решить.

— Только обязательно!