Будет ли революция в России?

О, боюсь, второй список окажется намного длиннее первого. В этом контексте можно утверждать, что цель участия в революционной борьбе — воспитать в себе человеческие качества, ибо реальное дело предоставляет для этого широчайшие возможности. Иначе как переделывать других homo sapiens, если мы сами недалеко ушли в своем развитии от скотины? Борьба на деле, а не на словах за преобразование (усовершенствование) общества помогает развить и ум, и способность к самопожертвованию, и честность, и самоуважение, и чувство товарищества. Равно как изжить лень, тупость, трусость, эгоизм и т. д. Все на самом деле настолько просто, что проще быть не может — смысл жизни можно выразить одной строчкой: смысл в том, чтобы стать человеком. Все остальное — демагогия, которую разводят те, кто этого еще не осознал. Кто осознал — тот действует.

Вернемся к разговору о народе. Смысл моей деятельности — воспитание в народе (его части, отдельных представителях народа) человеческих качеств. Пытаюсь достичь этого я разными способами, при этом мне совершенно необходимо иметь как можно более точное представление об объекте своего воздействия. Фигурально выражаясь, если мы собрались лечить общество, то прежде надо, проанализировав симптомы, точно поставить диагноз, иначе результат лечения окажется летальным. Простуду надо лечить горчичниками, а с гангреной бороться путем ампутации пораженных конечностей, но никак не наоборот! Поэтому я не пытаюсь заниматься самогипнозом, внушая себе, что народ мудр и велик и ждет не дождется, пока кто-то поведет его от победы к победе во имя светлых идеалов какого-нибудь — изма. Деградировавший народ болен, и болен смертельно. Мне надо точно знать его текущее состояние и понимать динамику происходящих процессов. Состояние его не вызывает особого оптимизма — это состояние скотства и глубокого морального разложения.

Иллюзии левых связаны с ростом некоего самосознания народа, который, мол, очухивается от либерального дурмана и начинает осознавать свои интересы. Дескать, народ поднимается на борьбу за свои права, за светлое завтра и все такое прочее. Так думать — большая ошибка. Можно допустить, что рост народного самосознания происходит, когда индивиды, составляющие этот самый народ, обладают индивидуальным внутренним стремлением к самосовершенствованию. Внутренний не зависит от внешних факторов. В этом случае человек ведет себя по-человечески не потому, что его кто-то заставляет, а потому что в этом выражаются его убеждения..

Совсем другое дело, когда на изменение сознания доминирующее влияние оказывают внешние факторы. Здесь уже надо говорить не о не разуме, а об инстинктах, заложенных природой. Например, сознательный трудящийся борется за социальную справедливость вне зависимости от того, насколько он лично хорошо живет. А несознательный готов бунтовать лишь тогда, когда ущемляются его персональные интересы — ухудшаются условия труда, падает зарплата, и т. д. Такой бунтовщик готов примкнуть хоть к анархистам, хоть к национал-социалистам, поверив, что это выгодно ему лично, но это не развившееся самосознание заставляет его так поступать, а примитивный животный инстинкт.

Уже неоднократно мы обращались к такому понятию, как инстинкт, но не разбирали, что это такое. Слово имеет латинские корни (instinctus — побуждение). Инстинкт — врожденная способность совершать целесообразные действия по непосредственному, безотчетному побуждению, целесообразное поведение без осознания цели. Инстинкты имеют следующие свойства: наследственность и независимость от обучения; однородность; одинаковость у всех особей данного вида; приспособленность к условиям существования на момент формирования инстинкта. Последнее свойство инстинктов проявляется благодаря их относительной неизменности. Например, большинство видов обезьян инстинктивно боятся воды. Не знаю, по какой причине сформировался этот инстинкт, возможно в африканских водах миллионы лет назад обитали какие-то жутко опасные для обезьян хищники, но сегодня ни одна шимпанзе по доброй воле не полезет даже в ручей, где ей воды по колено. Поэтому обезьяньи питомники иногда устраивают на небольших речных или озерных островах — животные оттуда никуда не сбегут, даже если физически способны перепрыгнуть на другой берег. Яркое исключение из правил являет собой макака-крабоед — этот вид собирает пищу под водой.