Будет ли революция в России?

Связь между большевиками и банкирами в этой истории явно бросается в глаза. Финансовым агентом партии в Стокгольме был Олоф Ашберг, контролирующий «Ниа Банкен», а его представителем в России являлся близкий соратник Ленина Яков Ганецкий (тот самый, который «отмазал» Ильича от тюрьмы в Австрии в 1914 г.). Любопытно, что членами правления банка были видные шведские социалисты — Даль, Рослинг, Магнуссон. Давние партнерские отношения связывали Ашберга с другим влиятельным большевиком (и даже членом ЦК партии в 1903–1907 г. г.) — Леонидом Красиным, который, по словам Ленина, был «министром финансов» революции. Среди послереволюционной правящей верхушки Красин был единственным крупным бизнесменом в правительстве (в свое время занимал пост управляющего российским представительством крупного немецкого концерна «Siemens», во время войны являлся одним из руководителей русской оборонной промышленности) и очень влиятельным. Леонид Борисович был «дважды наркомом», одновременно руководя в 1918 г. промышленностью и внешней торговлей, а в 1919 г. транспортом. Дружеские отношения связывали Ашберга и с Максимом Литвиновым[27] — заместителем наркома внутренних дел, а впоследствии главой внешнеполитического ведомства СССР, всегда считавшимся прозападно ориентированным либералом и даже агентом влияния Запада. Красин также имел ярко выраженные прозападные взгляды, активно ратуя за проникновение западного капитала в Советскую Россию.

Может быть, миф о немецком происхождении большевистских миллионов запустили в обиход враги исключительно для дискредитации советского правительства? Вот что пишет Энтони Саттон в книге «Уолл-стрит и большевицкая революция»: «В 1918 году из-за финансовых операций в пользу Германии «Ниа Банкен» попал в черный список союзников. После этого «Ниа Банкен» сменил свое название на «Свенск Экономиболагет».[28] Зачем нужно было раздувать скандал о кайзеровских деньгах в Стокгольме в 1918 г., если большевикам это уже никак не могло повредить? Так что основания для ребрендинга банка, видимо, были очень серьезными. Не исключено, что эти публичные скандалы преследовали другую цель — замаскировать истинных спонсоров русской революции. Можно счесть это за анекдот, но «агент кайзера» Ашберг, находясь в 1916 г. в Нью-Йорке представлял не только интересы русских революционеров, но и выполнял поручения императорского министра финансов Петра Барка[29]. Для банкиров ведь нет разницы, на чем делать деньги. Большевики же разумно считали, что нет особой разницы, от кого их брать. Однако расследование связи большевиков с Германией, предпринятое Временным правительством после июльских событий, полностью развалилось. Поскольку реальных доказательств шпионской деятельности Ленина и Ко не нашлось, в ход даже были запущены фальшивки, наибольшую известность из которых приобрела так называемая коллекция Сиссона.[30]

После революции услуги Ашберга были щедро вознаграждены новой властью. Он возглавил первый советский международный банк — хорошо известный ныне «Внешторгбанк» (тогда именовался «Роскомбанк»). Любопытно, что среди управляющих банка, как пишет Саттон, были не только представители Советской России и английские финансисты (они были основными инвесторами), но и бывшие царские банкиры — Шлезингер, бывший глава «Московского Купеческого Банка», Калашкин, (банк «Юнкер»), и Терновский («Сибирский Банк», через который большевики получали в Петрограде заграничные транши).

Здесь же, в Стокгольме, мы наблюдаем в послевоенное время еще одного знакомого нам «героя Февральской революции» — железнодорожного чиновника Юрия Ломоносова, заблокировавшего передвижения воинских эшелонов к столице во время свержения царя. В 1919 г. Ломоносов вернулся из Америки, куда его направило еще Временное правительство, и сразу занял при большевиках крупные посты (председатель Комитета Государственных Сооружений, член президиума Высшего Совета Народного Хозяйства). А в Стокгольме у Ломоносова проживает жена, сотрудница одного из банков (Ашберга?), и он ее частенько навещает, причем за государственный счет. Не правда ли, это выглядит подозрительно? В 1920 г. он по личному указанию Ленина занимался вывозом из России крупных партий золота якобы для закупки 1200 паровозов в Швеции и Германии, а также другого оборудования, значительная часть которого так и не была поставлена. В операциях участвует фирма «Кун, Леб и Ко», принадлежащая уже знакомому нам Якобу Шиффу. Крупный советский деятель Ломоносов из этой поездки уже не вернулся, осев в Канаде, где и дожил спокойно до старости. Дело об исчезнувшем золоте было замято стараниями Ленина. Он лично пресекал попытки Дзержинского совать нос в масштабные и очень подозрительные финансовые манипуляции своего протеже.