Будет ли революция в России?

Другим виртуальным объектом атаки явились вымышленные несметные сокровища, украденные у народа, которые якобы прятал в своем дворце Чаушеску. Но, несмотря на то, что злато и серебро, пересыпанное рубинами и алмазами, существовало лишь в иллюзорном мире, штурму подвергся президентский дворец в мире физической реальности. Повстанцы шли на штурм дворца именно затем, чтобы грабить награбленное — очень мощный стимул для взвинченной толпы.

Итальянский культуролог Джорджо Агамбен так высказался о виртуализации румынской революции, превращении ее в спектакль, где зрители становятся участниками массовки, но при этом не сознают, что участвуют в постановочном действе: «Тимишоара представляет кульминацию этого процесса, до такой степени, что ее имя следовало бы присвоить всему новому курсу мировой политики. Потому что там некая секретная полиция; организовавшая заговор против себя самой, чтобы свергнуть старый режим, и телевидение, показавшее без ложного стыда и фиговых листков реальную политическую функцию СМИ, смогли осуществить то, что нацизм даже не осмеливался вообразить: совместить в одной акции чудовищный Аушвитц и поджог рейхстага. Впервые в истории человечества недавно похороненные трупы были спешно выкопаны, а другие собраны по моргам, а затем изуродованы, чтобы имитировать перед телекамерами геноцид, который должен был бы легитимировать новый режим. То, что весь мир видел в прямом эфире на телеэкранах как истинную правду, было абсолютной неправдой. И, несмотря на то, что временами фальсификация была очевидной, это было узаконено мировой системой СМИ как истина…».[53]

Противостоять массированному зомбированию сознания довольно просто. Попробуйте не смотреть телевизор хотя бы полгода. Думаю, что после вам, скорее всего, уже не захочется вновь подсаживаться на теленаркотик. Это все равно, что проглотить «красную пилюлю», вырваться из плена матрицы и увидеть реальный мир. Сегодня желающих жить в реальном мире очень мало, поскольку уж очень там неприятно пахнет. Впрочем, это не повод для пессимизма. Очень скоро тем, кто захочет выжить, придется осознать, что реальность совсем не такая, какой ее изображает телевизор.

Зачем революционеру культура

Под профессиональными революционерами я понимаю не тех, кто получает зарплату за то, что сидит в офисе и занимается мониторингом протестных настроений или отрабатывает заграничные гранты путем проведения семинаров для красных или оранжевых активистов. Профессионал-человек, который (в отличие от любителя) занимается каким-нибудь делом как специалист, владеющий профессией.

Как отличить фотографа-профессионала от любителя? По внешним признакам это совершенно невозможно, ибо любой дилетант может приобрести дорогую профессиональную технику, арендовать студию, пригласить туда сисястых моделей, разложить их на подиуме и нажимать на спуск до упаду. Допускаю, что из нескольких тысяч отснятых кадров пара-тройка окажутся удачными и достойными того, чтобы экспонироваться на выставке или быть опубликованными в глянцевом журнале. Но даже это не делает дилетанта специалистом, ибо в отличие от профессионала, он фотографирует неосознанно, бездумно, и не всегда может верно оценить полученные результаты, даже если случайно получает хорошие снимки. Для любителя важен не результат, а удовольствие, которое он получает от самого процесса. Специалист же, приступая к работе, четко знает и что он хочет получить, и как этого добиться наиболее рациональным образом. То есть подходит к процессу осознанно. Он не просто смотрит в видоискатель, а компонует кадр, одновременно думая о том, какое диафрагменное число нужно установить, чтобы подчеркнуть воздушную перспективу, и использовать ему глянцевый или матовый отражатель, дабы акцентировать передний план.