Будущая война

Индивидуальная противохимическая оборона до сих пор заключалась в применении противогазов и других фильтрующих аппаратов. Это средство может быть полезным лишь частично, так как оно защищает только дыхательные пути человека. Оно окажется недействительным в случае применения ОВ, поражающего все тело. Введение же обмундирования, защищающего бойца с головы до ног стеснит его движения и плохо отразится на боеспособности пехотинца, что небезразлично с точки зрения использования оснащения войск.

Единственными родами войск, относительно которых химическая атака мало действительна, являются самолеты и танки: первые защищаются от этой опасности, поднимаясь выше зоны действия химических средств боя; вторые достигают той же цели, применяя герметическое закрытие и пользуясь сжатым воздухом и кислородом, вырабатываемым внутри танка. В ответ на опасность химической войны следовало бы, таким образом, в первую очередь, развернуть и применить эти два новых рода войск.

Организация современной армии зависит также в значительной степени от факторов политического порядка. Их внешним выражением являются попытки подразделить оружие на оружие специально оборонительного характера и так называемое наступательное оружие. Эта диференциация в гораздо большей степени отвечает ничем не обоснованной и являющейся чистой теорией идеологии, чем действительному положению вещей. Армия является в одинаковой степени как орудием обороны, так и орудием нападения. Если даже цели военных действий могут быть различными, орудие, которым армия пользуется, остается неизменным. Однако, формирование войск может пойти по ложному пути, если мы согласимся с этими псевдотехническими взглядами.

Не подлежит никакому сомнению, что армии, систематически подготовляемые и организуемые для удара и нападения, как это делают некоторые государства, несмотря на существующие международные соглашения, обеспечили бы нападающему решительный перевес над государством, военная система которого заключается в пассивной обороне. Хотя между наступательной и оборонительной войнами существует большая моральная разница, но с технической точки зрения не должно быть никакой диференциации между противостоящими друг другу армиями, если мы не желаем отдать в руки противника козырь первостепенной важности. В этом случае чисто оборонительная организация поставила бы применившую ее нацию в очень невыгодное положение, что сильно проявилось бы в первоначальный период конфликта и привело бы к весьма кровавым потерям.

Так называемое оборонительное военное устройство государства может стать действительным лишь в случае сокрушительного перевеса вооруженных сил атакуемой страны, В подобном положении могла бы, например, очутиться Германия, если бы она, будучи проникнутой мирным духом и располагая мощными средствами обороны, подверглась нападению значительно более слабой и изолированной Австрии.

Военные приготовления исключительно оборонительного характера часто ведут к формализму, являющемуся маской, прикрывающей действительные мероприятия и намерения. Если же с технической точки зрения они действительно имеют такой характер, то они окажутся недостаточными, когда наступит война. Чисто оборонительная организация современной армии не соответствует реальным требованиям будущей войны, а отвечает лишь пацифистским стремлениям, породившим концепции подобного рода.

Несмотря на эти оговорки, нельзя не принять во внимание то влияние, которое оказывают подобные псевдотехнические тенденции. Они, безусловно, способствуют постепенному сокращению срока военной службы, уменьшению численности армии мирного времени, а также исключению так называемого наступательного оружия, что должно якобы лишить армию наступательного характера. Они гипнотизируют пацифистов, которые недооценивают технических нужд национальной обороны, а, наивное, хотя и обоснованное, отвращение пацифистов к войне может быть трагически использовано путем лишения наций, находящихся под их влиянием, необходимых в случае опасности средств обороны.

Влияния подобного рода очень вредны. В политическом отношении следует стремиться к созданию единого фронта мирно настроенных наций, располагающих военной готовностью, организованной по одному и тому же плану. Это ограничивало бы разнообразие и количество военных средств каждого союзного государства и позволило бы союзу навязать мир всему миру. Союз в целом располагал бы силой, дающей ему несомненный перевес.

Система подобного рода, могущая вначале объединить все или большинство стран прежней коалиции, не исключая, впрочем, ничьих кандидатур, привела бы со временем к серьезному сокращению военных расходов, лишая каждого члена в отдельности возможности нападать на другого члена союза.