Читаем Бумаги Иисуса полностью

Множество архивов по всему миру до сих пор остаются неисследованными; многие мили полок с оригинальными документами стоят в громадных библиотеках и архивных собраниях Ватикана, Стамбула, Каира, Лондона, Берлина и многих других городов. И везде исследователи регулярно находят неизвестные или давно утерянные документы. Фрагменты текстов или даже целые рукописи могут лежать неисследованными, особенно в библиотеках мусульманских стран, поскольку многие мусульманские учёные в начале Средних веков изучали древние тексты, цитируя длинные отрывки в своих комментариях. Более того, многие эти тексты основаны на материале более древних рукописей на сирийском языке — разновидности арамейского, на котором говорил Иисус — из несторианских общин, а затем и монастырей, которые начиная с пятого века н.э. часто становились убежищем для иудео-христиан и их манускриптов. Поэтому вполне вероятно, что древние рукописи, свидетельствующие о жизни Иисуса и о событиях той эпохи, могут быть найдены среди не попавших в каталоги манускриптов из этих собраний.

Кроме того, как мы уже отмечали, существуют частные коллекционеры, которые могут платить наличными и поэтому имеют право первого выбора среди материала, извлечённого из древних библиотек, а также найденного в потайных комнатах или занесённых песком древних развалинах.

Новые открытия неизбежны, и скоро мы сами в этом убедимся.

Глава 14. Тайный рынок

День клонился к вечеру. В моём кабинете становилось темно. Английское небо готовилось перейти тёмный горизонт ночи. Мы с профессором Эйзенманом сидели рядом и тихо беседовали, но мысли наши были далеко. В условленное время заработал факс, наполнив комнату неприятным жужжанием. Мы замолчали, гадая, что нам предстоит увидеть.

На какое-то время я был захвачен необычностью этого момента. Мы надеялись получить из одного швейцарского отеля текст рукописи Мёртвого моря, возраст которой составлял около двух тысяч лет. И вот, на бумаге, строчка за строчкой, начали появляться буквы.

Когда была отпечатана первая страница. Эйзенман нетерпеливым движением извлёк её из факса, быстро пробежал глазами и разочарованно уронил листок мне на колени. Я сразу же увидел, что волнения наши были напрасными. Эта оказалась копия текста из свитка еврейской Торы сто- или двухсотлетней давности — неплохое приобретение, но довольно распространённое и явно не имеющее отношения к рукописям Мёртвого моря. Нам обоим было очевидно, что мусульмане, владевшие этой рукописью, просто не представляли разницы между ними. Но мы нисколько не удивились. В поисках текста, который мы рассчитывали получить, быстрой удачи ждать не приходилось. Следовало настойчиво идти к цели, потому что никто не знает, когда именно появится что-то действительно ценное. И такие шансы выпадают довольно часто, причём в ситуациях, когда этого меньше всего ожидаешь — в чём я вскоре имел возможность убедиться.

Следующей весной нас с супругой пригласил на ленч один знакомый американец, живший на средиземноморском острове Майорка. Среди прочих гостей на ленче присутствовал бизнесмен, с которым мы уже несколько раз встречались.

— Я читал вашу книгу о рукописях Мёртвого моря, — вдруг заявил он, наклоняясь ко мне. Я удивился. Мне было известно, что он предприниматель, действующий в рамках — а иногда и на грани — закона, и рукописи Мёртвого моря не входили в круг его интересов. Он жил в одном из Арабских Эмиратов со своей новой женой, заработав и потеряв несколько состояний. Я понятия не имел, на какой стадии этого цикла он теперь находится.

— Мне известно, где находятся другие рукописи, — добавил он.

— Другие рукописи Мёртвого моря? — переспросил я, несколько обескураженный неожиданным поворотом нашего разговора.

— Да. В Кувейте, — ответил он и добавил тоном, который в устах другого человека звучал бы невинно. — А они дорого стоят?

— Дорого, — сказал я, тем же рассеянным тоном, хотя от меня не укрылся подтекст его последнего вопроса. — Но не все. Высоко ценятся рукописи сектантов, то есть принадлежащие конкретной еврейской общине и описывающие её устав, а также отношение к Храму. Ценятся пешер, или комментарии на библейские тексты. Стандартные библейские тексты стоят дешевле.

Он ничего не ответил. Я ждал, затаив дыхание.

— Вы должны поговорить с одним моим другом, — после минутного молчания сказал бизнесмен. — Он из разведки, — затем он назвал одно из государств Персидского залива и добавил, — и у него обширные связи. Но сначала я сам должен связаться с ним.

— ОТЛИЧНО, — спокойно отозвался я. — Сообщите мне подробности, когда будете готовы.

Несколько дней от него не было никаких известий, и я вернулся домой, в Англию. Но вскоре мне пришёл факс. «Позвоните Сааду, — прочёл я сообщение. Далее следовали номера телефонов, а заканчивался текст следующим предупреждением: — Он не хочет, чтобы рукописи попали к израильтянам». Без политики, как всегда, не обойтись, подумал я.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1991. Хроника войны в Персидском заливе
1991. Хроника войны в Персидском заливе

Книга американского военного историка Ричарда С. Лаури посвящена операции «Буря в пустыне», которую международная военная коалиция блестяще провела против войск Саддама Хусейна в январе – феврале 1991 г. Этот конфликт стал первой большой войной современности, а ее планирование и проведение по сей день является своего рода эталоном масштабных боевых действий эпохи профессиональных западных армий и новейших военных технологий. Опираясь на многочисленные источники, включая рассказы участников событий, автор подробно и вместе с тем живо описывает боевые действия сторон, причем особое внимание он уделяет наземной фазе войны – наступлению коалиционных войск, приведшему к изгнанию иракских оккупантов из Кувейта и поражению армии Саддама Хусейна.Работа Лаури будет интересна не только специалистам, профессионально изучающим историю «Первой войны в Заливе», но и всем любителям, интересующимся вооруженными конфликтами нашего времени.

Ричард С. Лаури

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / История / Прочая справочная литература / Военная документалистика / Прочая документальная литература
Идея истории
Идея истории

Как продукты воображения, работы историка и романиста нисколько не отличаются. В чём они различаются, так это в том, что картина, созданная историком, имеет в виду быть истинной.(Р. Дж. Коллингвуд)Существующая ныне история зародилась почти четыре тысячи лет назад в Западной Азии и Европе. Как это произошло? Каковы стадии формирования того, что мы называем историей? В чем суть исторического познания, чему оно служит? На эти и другие вопросы предлагает свои ответы крупнейший британский философ, историк и археолог Робин Джордж Коллингвуд (1889—1943) в знаменитом исследовании «Идея истории» (The Idea of History).Коллингвуд обосновывает свою философскую позицию тем, что, в отличие от естествознания, описывающего в форме законов природы внешнюю сторону событий, историк всегда имеет дело с человеческим действием, для адекватного понимания которого необходимо понять мысль исторического деятеля, совершившего данное действие. «Исторический процесс сам по себе есть процесс мысли, и он существует лишь в той мере, в какой сознание, участвующее в нём, осознаёт себя его частью». Содержание I—IV-й частей работы посвящено историографии философского осмысления истории. Причём, помимо классических трудов историков и философов прошлого, автор подробно разбирает в IV-й части взгляды на философию истории современных ему мыслителей Англии, Германии, Франции и Италии. В V-й части — «Эпилегомены» — он предлагает собственное исследование проблем исторической науки (роли воображения и доказательства, предмета истории, истории и свободы, применимости понятия прогресса к истории).Согласно концепции Коллингвуда, опиравшегося на идеи Гегеля, истина не открывается сразу и целиком, а вырабатывается постепенно, созревает во времени и развивается, так что противоположность истины и заблуждения становится относительной. Новое воззрение не отбрасывает старое, как негодный хлам, а сохраняет в старом все жизнеспособное, продолжая тем самым его бытие в ином контексте и в изменившихся условиях. То, что отживает и отбрасывается в ходе исторического развития, составляет заблуждение прошлого, а то, что сохраняется в настоящем, образует его (прошлого) истину. Но и сегодняшняя истина подвластна общему закону развития, ей тоже суждено претерпеть в будущем беспощадную ревизию, многое утратить и возродиться в сильно изменённом, чтоб не сказать неузнаваемом, виде. Философия призвана резюмировать ход исторического процесса, систематизировать и объединять ранее обнаружившиеся точки зрения во все более богатую и гармоническую картину мира. Специфика истории по Коллингвуду заключается в парадоксальном слиянии свойств искусства и науки, образующем «нечто третье» — историческое сознание как особую «самодовлеющую, самоопределющуюся и самообосновывающую форму мысли».

Робин Джордж Коллингвуд , Ю. А. Асеев , Роберт Джордж Коллингвуд , Р Дж Коллингвуд

Биографии и Мемуары / История / Философия / Образование и наука / Документальное
100 знаменитых чудес света
100 знаменитых чудес света

Еще во времена античности появилось описание семи древних сооружений: египетских пирамид; «висячих садов» Семирамиды; храма Артемиды в Эфесе; статуи Зевса Олимпийского; Мавзолея в Галикарнасе; Колосса на острове Родос и маяка на острове Форос, — которые и были названы чудесами света. Время шло, менялись взгляды и вкусы людей, и уже другие сооружения причислялись к чудесам света: «падающая башня» в Пизе, Кельнский собор и многие другие. Даже в ХIХ, ХХ и ХХI веке список продолжал расширяться: теперь чудесами света называют Суэцкий и Панамский каналы, Эйфелеву башню, здание Сиднейской оперы и туннель под Ла-Маншем. О 100 самых знаменитых чудесах света мы и расскажем читателю.

Анна Эдуардовна Ермановская

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное