Читаем Чародей полностью

После районной конференции учительницы получили свободный день, а мужчины с моей помощью засели за поурочные планы. За образец взяли тетрадку поурочных планов Тамары Максимовны. Все, что связано с Тамарой Максимовной, приобретало в глазах мужчин особое значение. Тетрадку изучили досконально. Поговорили о типах уроков и их особенностях, обсудили стандартную схему с объяснением нового материала. Пока стандарт, а с накоплением опыта они найдут другие варианты распределения учебного времени в течение академических сорока пяти, минут. Каждый составил план на один урок по расписанию на первое сентября, Обговорили его детально

Снова заканчивали работать при свете лампочки. Устали зверски. Мужчины будут ночь отдыхать, а я, поужинав, вернусь в учительскую и просижу до рассвета, стараясь вытянуть свои директорские дела: утверждение сданных планов, составление расписания уроков и графика взаимопосещений, оформление заявок на разные учебные и хозяйственные нужды… Поспать удастся не более трех часов.

Снова отмыли школу, в чистеньком классе провели педсовет, по-деловому компактно и немногословно, мужчины участвовали в нем на равных. После педсовета — традиционный веселый чай, но без последующих танцев. Недопустимо стало танцевать с Иваном в присутствии зеленеющей от ревности Веры. Ее презирали, но и жалели: ребенку нужен отец. Настырность Веры вытянула из Ивана все силы, он потускнел, потеряв ореол заметного кавалера, превратившись в легкомысленного искателя приключений. Его никто не жалел, и я в том числе, к сожалению. А ведь он — пострадавшая от наглой агрессии сторона. Его претензии на сердце Тамары потеряли перспективу, она все заметнее склонялась к плечу Юрия.

С тем и подошли к первому сентября. Воспитанников первого, пятого, шестого и седьмого классов строем привели воспитатели, курды сбились кучкой в углу двора. Тамара Максимовна построила их на правом фланге линейки.

Внимание детей приковали к себе два учителя в военной форме. Это было так необычно. Иван Михайлович взял с табуретки баян и сыгран: "Внимание! Слушайте все!!" Потом скомандовал: "Смирно!" Ученики застыли. Такого никогда не было. Директор детского дома поздравил детей с началом учебного года, наказал слушаться учителей и старательно учиться. Потом несколько слов сказала я. Иван Михайлович сыграл туш, во время которого Юрий Николаевич подошел к мальчикам шестого и седьмого классов, сказал им по-командирски строго: "Петь обязательно! Это приказ!" И под аккомпанемент баяна они дружно грянули: "Широка страна моя родная.." И учителя, и ученики в праздничном настроении подхватили очень знакомую песню. Потом с таким же подъемом прокричали:

"Великая, могучая, никем непобедимая, Москва моя, страна моя, ты самая любимая!" Первой Тамара Максимовна, под марш баяна, повела в класс учеников- курдов, за ними под музыку покинули линейку первоклассники, а пятый, шестой и седьмой класс повел за собой Иван Михайлович, идя с баяном во главе строя. Чисто прибранный двор опустел. Я громко зазвонила на первый урок. Десять минут классным руководителям для знакомства с классом. Софье Натановне — с пятым, Ивану Михайловичу — с шестым, Юрию Николаевичу — с седьмым. Через сорок пять минут снова, выйдя во двор, зазвонила я. Кончился первый урок нового учебного года.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Хмель
Хмель

Роман «Хмель» – первая часть знаменитой трилогии «Сказания о людях тайги», прославившей имя русского советского писателя Алексея Черкасова. Созданию романа предшествовала удивительная история: загадочное письмо, полученное Черкасовым в 1941 г., «написанное с буквой ять, с фитой, ижицей, прямым, окаменелым почерком», послужило поводом для знакомства с лично видевшей Наполеона 136-летней бабушкой Ефимией. Ее рассказы легли в основу сюжета первой книги «Сказаний».В глубине Сибири обосновалась старообрядческая община старца Филарета, куда волею случая попадает мичман Лопарев – бежавший с каторги участник восстания декабристов. В общине царят суровые законы, и жизнь здесь по плечу лишь сильным духом…Годы идут, сменяются поколения, и вот уже на фоне исторических катаклизмов начала XX в. проживают свои судьбы потомки героев первой части романа. Унаследовав фамильные черты, многие из них утратили память рода…

Николай Алексеевич Ивеншев , Алексей Тимофеевич Черкасов

Проза / Историческая проза / Классическая проза ХX века / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза