Частный человек. Избранные места из переписки с врагами

Наполеон Бонапарт о снабжении армии каждый день думал: можно его письма и приказы почитать. А к русским генералам пришел поп и благословил: «Товарищи енералы, вы о враге думайте; а с едой-одёжей поможем». И помогли. Притом, что Государя Императора Александра I Павловича (Благословенного) церковники откровенно ненавидели, пеняли ему убийство батюшки, Государя Императора Павла I Петровича (Рыцаря), за усиление власти обер-прокурора Синода считали чуть ли не антихристом. Но в решающий момент разногласия забыли и выложили ресурсы. Не о себе пеклись, и не для мирской власти старались: Россию спасали и спасли. Так действует государственная Церковь. А тут: «три пиписьки под окном»…Тьфу!

ДРУГИЕ

О Конфуции, стрельцах, королях, азиатах и других тупиковых ветвях эволюции

Я отдам три десятка своих головорезов за одного человека, умеющего решать вопросы, разговаривая.

Аль-Капоне, шеф мафии, убийца

1. Притча

Свет удаленной звезды вопросил великое Дао: «Есть Ты или нет Тебя вовсе»? И не дождался ответа…

Лао-цзы

Рассказывают, что к Кун-цзы, которого среди бледнокожих западных варваров неверно именуют Конфуцием, однажды пришел юноша. Он очень вежливо обратился к Учителю и выразил желание записаться в ученики.

— А на хрена оно надо? — сыто рыгнув, спросил философ.

В ответ юноша принялся рассказывать, что хочет добиться того и сего. И ещё непременно вот этого. Стать чиновником и сделать карьеру. Помочь семье и родной деревне. Культуру и просвещение поднять. А то народ совсем одичал: про Великого Учителя Кун-цзы не слышали, какой позор! Рассказывал минут 40, видимо, речь готовил заранее. Мудрец слушал-слушал и задремал. Когда юноша, наконец, умолк, Учитель спросонья изрёк:

— Ты тут столько наговорил о том, что нужно тебе. А зачем нужен ты сам?

От такого вопросика парень аж присел. Набился всё же в ученики, стал Первым учеником, и даже возглавил секту (общество) конфуцианцев после смерти Учителя. Но ответа так и не нашёл. А мудрец не помогал, а только злорадствовал:

— Ищи, дурак, сам. А пока почеши-ка мне пятки.

Замечание. Мудрец был прав. Ответ на подобные вопросы каждый действительно находит или не находит сам. Причём второй вариант встречается чаще. На Западе подобного рода вопросы называются латинским словом рефлексия (проясните!). По-русски самоедство. С этого начинается интеллигент: он рефлексирует, тогда как другие классы этому недугу не подвержены.

Замечание. Тексты Конфуция «уничтожались» и «находились» трижды. Как и тексты классического буддизма, «чудесно обретенные» в середине XIX века. Видимо, Конфуций был реальным человеком, и что-то писал. Но существующие тексты явно подложны. Что именно сказал Кун-цзы, мы не узнаем, как минимум, до создания машины времени. И причём тут англичане, оксфордский профессор с «характерным» для англосакса именем Фридрих Мюллер и шведский король Густав V? Покопайтесь. Даю подсказку: реальный китайский философ конца XIX века Кан-Ю-Вэй; иногда пишут Ювэй. Уже на первом шаге «чудесного обретения» журналист должен сделать стойку, а на втором возопить: «А был ли мальчик»? Но это журналист рефлексирующий, интеллигентный. Вам до таких расследований — как пешком до Китая, то есть до Кун-цзы. Надеюсь, теперь вам ясно, почему, когда некоторые мушкетёрки обвиняют меня в приверженности буддизму или ещё-какой-хрени, мне дико смешно. Продолжайте радовать старика: такие обвинения — одни из самых приятных для меня моментов общения с Командой.

На вопрос: «Зачем вы нужны?» — не отвечу. Даже в обмен на чесание пяток, хотя эту процедуру, признаться, люблю. Повторюсь, вопрос требует самостоятельного изучения. Зато могу ответить на другой, немного сниженный вопрос: «Зачем нужен журналист»? Для начала нужно понять, когда и почему СМИ возникают в обществе. На первый вопрос ответ достоверно известен: первые периодические издания, придворные, разумеется, появляются в конце XVI века. Д'Артаньян и другие мушкетёры не только писали любовные послания прекрасным дамам, но и читали придворную газету «Королева». С замечательным подзаголовком: «Дворцовые сплетни». О, наивное время, простые нравы! Но у Д'Юма^[106] о том ни слова: конкуренция. Чуть позже в Москве при дворе Алексея Михайловича (личность сомнительная) читали придворную газету с вполне современным названием «Куранты». Информация достоверна: 2 экземпляра ежемесячного издания сохранилось, и анализ бумаги указывает на XVII век. Поэтому разговоры о журналистике как о «второй древнейшей профессии» суть наглая ложь и черный пиар, призванный опорочить наше с вами уважаемое сословие. К сожалению, эта информационная бомба профессионально сделана и работает до сих пор. Даже некоторые коллеги верят…