Читаем Частный человек полностью

Луч рассветный ещё не коснулся земли,Тяжкий снизу рождается гул:Город-гидра вздохнул, повернулся — внутри,И стоглавую пасть распахнул.Он слизнёт тебя языками толп;Смачно чавкнут губы дверей.На зубах турникетов сжуёт в комок,И отправит к утробе своей.Потому что Смерть ездит по Кольцевой!По-над городом дымки утренние,
И бредёт народ, как к заутрене.Автомат мерно клацает, видяПропуск в пропасть… В развернутом виде.Но куда б ты не поехал, не дёрнулся — На какой бы не вошел в него станции — Все равно Кольцевую придётся тебе Пересечь. Да там не остаться бы!..Потому что Смерть ездит по Кольцевой!..Миллионами в день Монстр глотает людей.Широченная глотка, но ласков заглот:
Пищевод эскалатора сам довезёт.Вот втрамбован в вагоны брикет пищевой, И мотает его по кишкам.Наше счастье и скорбь до тоски гробовой — Это пища подземным богам.Потому что Смерть ездит по Кольцевой!..Главный демон-обжора не этим сыт; Мыслей, чувств и эмоций — мало.Он живую душу в метро сторожит,Но не схватит, кого попало.
Да, я видел его! Он эстет и игрок.Мерзкий карлик, похожий на крысу. Кольцевое метро превратил в казино — Бег рулетки послушен капризу.Но в глазах его лёд,Без души не уйдёт.Постарайся сегодня вернуться домой:Потому что Смерть ездит по Кольцевой!..

(2013 год).

МАРТЫШКА В ОЧКАХ И БЕЗ (вместо эпилога)

За свой дар игры невозбранной

Ты и быть и не быть готов.

Бог хранит дураков и пьяных,

А ещё — бережёт шутов.

Ольга Арефьева «Семь с половиной»

На протяжении всей книги я показывал, как работает конструктор концепций, но уходил от вопроса, почему он работает. Намеренно давал пощупать и ощутить выгоду, прежде, чем объяснять. Слишком многие рассуждают о нематериальных вещах с целью вытянуть из обывателя деньги. А то и похуже. Тон задаёт государство. Поступил детёныш сапиенса в школу, а там вместо знаний идеологическая обработка. И это ещё полбеды. Беда, когда он школу закончил — а ему шинель на плечи, каску (шляпу солдата) на голову, автомат в руки. И бегом на вражеский пулемёт. Почему? За что?! Бедная зверушка понять ничего не успевает, а её уже нафаршировали свинцом — и в гроб. В 18 лет.

Надеюсь, читателя удалось убедить, что я не зову его на амбразуры-баррикады. Наоборот, даю инструмент, позволяющий избежать траты времени и сил в пользу отправляющих на бессмысленную бойню крокодилов. Сэкономленные ресурсы используются себе во благо, что объясняет, например, карьерные успехи участниц Команды. А ещё метод позволяет эффективно просчитывать людей. Приходит зверушка-зомби, начинает агитировать за советскую власть или духовность. Или против, неважно. Вы задаёте два вопроса и за 5 минут выносите вердикт, скажем: «Психический. Зомби». Затем включаете стандартную подпрограмму работы с такими субъектами. Зверушка отваливается и больше не пристаёт. Вред минимизирован, а то и польза извлечена. Зомби очень легко программировать: надо всего лишь найти ключевые точки пропагандируемого им мифа и для вида согласиться. Потом намекнуть, что почти готов полностью заразиться предлагаемой идеологией, если зверушка сделает то-то и то-то. Не раз проверял: в лепёшку не расшибётся, но в довольно широких пределах — сделает.

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги