Читаем Частный человек полностью

С военной силой всё обстояло наоборот. Феодал, сто лет налоги не платящий, с радостью отправлял сына служить при дворе. Мушкетёром, ага. От короля можно было кое-что выслужить: титул, землицу. Кроме того, у сына заводились влиятельные друзья. Приедут десяток профессиональных головорезов-мушкетёров на каникулы — сосед сразу спорное поле отдаст. Иначе они его на дуэли проткнут. А соседский замок уйдёт сыну-мушкетёру в опеку. Ведь он на королевской службе. Не нужны прево, шерифы, крючкотворы-адвокаты, когда у сына друзья — граф на герцоге сидит, принцем (незаконнорожденным Атосом) погоняет.

В церкви традиционно работали младшие сыновья феодалов. Но не шпагой, а головой и языком: старались стать епископами. Гвардейцы кардинала — это набранный с бору по сосенке отряд дворянского отребья. Кто такая Миледи? Проститутка, поднявшаяся из притонов Гавра до постелей герцогов. А гвардейцев кардинала возглавляет выслуживший графский титул сомнительными операциями тайный агент Путин, ой, простите, Рошфор.

Граф в первом поколении — выскочка, помойка. С ним равный ему по статусу и должности командир мушкетёров Де Тревилль сражаться-то брезгует, как и принц Атос, граф де Ла Фер. Всё Д'Артаньяна подзуживают: пойди, мол, «салабон», разберись, покажи себя. А тот — лопух — и рад. С другой стороны, помойки много. Очень много, поскольку церковь богата и может её нанять.

Ну и кто в результате победил?

Ремарка: исторический Д'Артаньян — гвардеец кардинала, поскольку по гасконской бедности и худородности конкурс в элитный спецназ чёрных мушкетёров пройти не смог.

Замечание. Однажды во Франции на целых 12 лет — с 1792-го по 1804-й — победила помойка. При помощи криминализированных ветеранов Афганистана, ой, простите, ветеранов войны за независимость в США. Победив, помойка проявила свою суЧность. Например, среди казнённых якобинским террором аристократов женщин было втрое больше, чем мужчин. Многие аристократы эмигрировали, надеясь, что жён и детей не тронут. Взрослые, искушённые в интригах люди, проявили вопиющую наивность. С точки зрения помойки проклятые мушкетёры не должны размножаться. Женские волосы, которые состригались перед казнью, сначала ценились, как сувенир. Потом их стало так много,

что цены упали и из них начали плести коврики-половички. У аристократок волос тонкий, воду пропускает, грязь задерживает. Такой половичок чистить удобно — так и рекламировали. Кончилось тем, что пришёл горский князь Рамзан Кадыров из Чечни, ой, простите, горский князь Наполеон Буонапарте[42] с Корсики — навёл порядок. А мушкетёры, переименованные в республиканских гвардейцев, и сейчас охраняют Елисейский дворец.

Замечание. Российский Император Александр I Павлович (Благословенный) обладал тонкими, но по-византийски изощренным и извращённым чувством юмора. Когда в 1813 году Наполеона Бонапарта добивали во Франции, началась среди союзников свара и делёжка, ой, простите, дипломатические разногласия. Союзники предают друг друга, а больше всего — русских солдат подставляют под пули отчаянно огрызающихся французов. Александру I это надоело. Он возьми да и брякни (по-французски): «Быть может, разумно устроенная республика будет лучшим выбором для французов, чем восстановление прежней династии»? Что тут началось!!! Английский министр иностранных дел Кэслри грохнулся в обморок. У канцлера Австрийской империи Меттерниха пошла носом кровь, и он выбежал из зала переговоров. Прусский министр оцепенел. Князь Талейран (наполеоновский министр, шпионивший для всех и всех предавший) упал на колени и, обливаясь слезами, простёр к русскому государю руки: «Сир, вы этого не допустите»!

Наелись помойки! Не вкусно!!! Дипломатические уступки в пользу России посыпались как из рога изобилия, а пруссаки на поле боя вдруг под палками капралов обрели храбрость львов. Наверное, Александру I стоило довести шутку до конца и таки дать французам республику. Быть может, тогда Россия не проиграла бы Крымскую войну (1853–1856).

6. В процессе написания письма ни один котёнок не пострадал.

7. Не любИте людей.

ПРО УРОДОВ И ЛЮДЕЙ

Об опозданиях, фобиях и других родных тамагочи

Точность — вежливость снайпера.

Пословица

1. О реальности.

«Некоторые товарищи проявляют правый уклон». Они утверждают, что вопрос: «Как развивается реальность?» — неправильный. И даже требуют оставить их в покое. (Шум в зале, крики: «Позор»!) Товарищи заблуждаются, но мы их поправим. (Шум в зале, крики: «Так поправим, что не разогнутся!») Не волнуйтесь, товарищи. Мы всегда поправляем тех, кто искренне заблуждается. (Аплодисменты).

Перейти на страницу:

Похожие книги

1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука
Крылатые слова
Крылатые слова

Аннотация 1909 года — Санкт-Петербург, 1909 год. Типо-литография Книгоиздательского Т-ва "Просвещение"."Крылатые слова" выдающегося русского этнографа и писателя Сергея Васильевича Максимова (1831–1901) — удивительный труд, соединяющий лучшие начала отечественной культуры и литературы. Читатель найдет в книге более ста ярко написанных очерков, рассказывающих об истории происхождения общеупотребительных в нашей речи образных выражений, среди которых такие, как "точить лясы", "семь пятниц", "подкузьмить и объегорить", «печки-лавочки», "дым коромыслом"… Эта редкая книга окажется полезной не только словесникам, студентам, ученикам. Ее с увлечением будет читать любой говорящий на русском языке человек.Аннотация 1996 года — Русский купец, Братья славяне, 1996 г.Эта книга была и остается первым и наиболее интересным фразеологическим словарем. Только такой непревзойденный знаток народного быта, как этнограф и писатель Сергей Васильевия Максимов, мог создать сей неподражаемый труд, высоко оцененный его современниками (впервые книга "Крылатые слова" вышла в конце XIX в.) и теми немногими, которым посчастливилось видеть редчайшие переиздания советского времени. Мы с особым удовольствием исправляем эту ошибку и предоставляем читателю возможность познакомиться с оригинальным творением одного из самых замечательных писателей и ученых земли русской.Аннотация 2009 года — Азбука-классика, Авалонъ, 2009 г.Крылатые слова С.В.Максимова — редкая книга, которую берут в руки не на время, которая должна быть в библиотеке каждого, кому хоть сколько интересен родной язык, а любители русской словесности ставят ее на полку рядом с "Толковым словарем" В.И.Даля. Известный этнограф и знаток русского фольклора, историк и писатель, Максимов не просто объясняет, он переживает за каждое русское слово и образное выражение, считая нужным все, что есть в языке, включая пустобайки и нелепицы. Он вплетает в свой рассказ народные притчи, поверья, байки и сказки — собранные им лично вблизи и вдали, вплоть до у черта на куличках, в тех местах и краях, где бьют баклуши и гнут дуги, где попадают в просак, где куры не поют, где бьют в доску, вспоминая Москву…

Сергей Васильевич Максимов

Публицистика / Культурология / Литературоведение / Прочая старинная литература / Образование и наука / Древние книги