Читаем Чекистки? Почему мы поехали в Афган полностью

Чекистки? Почему мы поехали в Афган

А что касается отношения к нам, к афганкам… Что сказать? Те, кто там не был — им все равно не понять. A те, кто там был… Однажды, после возвращения, я получила письмо, которое начиналось со слов: «Здравствуй, сестренка!». И слова эти были от боевого офицера из ДШБ, бригадного Дон Жуана, который, как только мог, портил мне жизнь там и из-за которого другие тоже не остались в стороне.

Всем тем, кто помогал пережить эту войну — всем Женщинам — большое спасибо! Хотела бы я, чтобы офицеры и все те, кому помогали «афганки», проявили свое мужество в мирных условиях и выразили бы им открыто свою признательность — ведь есть те, кто это делает. Истеричная критика ставящих ярлыки «чекистка», чаще всего говорит лишь о том, что их жизнь совсем не удалась. Что ж, мне их жаль…

22.02.2011

Татьяна ПРИЩЕП (ВАХТИНА)

34). Татьяна ПРИЩЕП (ВАХТИНА) — Шиндандт,

Я поехала именно в Афган, потому что надоела опека родителей, a ослушаться я не могла.

Надоели «женихи», никто не нравился, никого не полюбила.

Хотелось испытать себя, насколько я могу быть самостоятельной.

Мне было 30 лет.

Шесть лет после института пролетели, а любимого не встретила.

Когда то я написала:

«Вот уж 30 исполнилось мне, а Тебя все по прежнему нет,Не дошел Ты еще до меня, а, быть может, Тебя вовсе нет?Злую мысль прочь гоню от себя, ей не место в нашей судьбе,Я же знаю, Ты далеко и сейчас на пути ко мне.Ты придешь в яркий солнечный день, распахнешь в моем сердце дверь,И вольются в него ручьем, солнце, радость и мы — вдвоем!»

Какая-то сила меня тянула от родительского дома.

А Афганистан мне достался, потому что сказала: «Я не боюсь и хочу испытать войну как мой отец!»

А что такое «чеки» и как они начисляются, я узнала, работая в финансовой службе госпиталя.

Постоянные ревизоры и из штаба армии и из ТуркВО, с хорошими актами проверки научили меня работать грамотно и профессионально.

В дивизии я была одна женщина, все финансисты были моими хорошими друзьями, не более, за что уважали.

Поклонников было много, но я вышла замуж не за погоны, а за порядочного, хорошего человека.

Мой отец полковник, а муж — прапорщик.

25 мая 1984 год, я сижу в самолете Харьков-Ташкент, а по лицу молча льются горячие слезы: «Куда меня несет, ведь мне дома так было хорошо и спокойно?»

Я представила себя песчинкой, которая летит под дуновением ветра в неизвестную даль, за дремучие леса, за высокие горы, там, где страшно, там, где война.

Но ничего уже не изменить, самолет набирает высоту и мой сосед на меня в недоумении пытается меня успокоить.

Я родилась в семье военного.

Мой отец прошел всю войну, слышала рассказы, а теперь начинается и мой рассказ…

…7 июля 1987год, мы летим в грузовом военном самолете уже втроем, я и в моем животе (36 недель беременности) сын Михаил и будущий муж Николай. У моего сына первой игрушкой стал автомат. «Значит будет военным», — сказал муж. Да, наш Михаил 1987 г.р., которого мы считаем тоже «афганцем», закончил военный институт и сейчас служит в Иркутске.

10:56 28.02.2011

Ирина НОВИКОВА

35). Ирина НОВИКОВА — Герат, ОБАТО на базе 101-го полка:

Медики тогда считались военнообязанными, и мне в 1985 году пришла повестка из военкомата.

Но в ней ничего не говорилось о цели вызова.

Когда я пришла в военкомат, люди, которые выходили из кабинета рассказывали, что им предложили ехать на учёбу.

Когда я зашла в кабинет, то была уверена, что тоже отправят учиться.

Но мне предложили ехать в дружественную республику Афганистан.

Я, конечно, сразу сказала нет.

Меня попросили так категорично не решать, всё-таки там ребята гибли.

В общем, в военкомате мне 3 дня дали на раздумье: должен же кто-то оказывать помощь, быть рядом.

Я ведь никого не знала кто был там, в прессе этот вопрос не освещался.