Человек из Преисподней. ДОМ

Экран коммуникатора погас сразу – погибла камера. Да и толку от нее сейчас… Наушники отработали, забрав на себя львиную долю грохота, но Серега почувствовал его буквально поверхностью тела. Пару мгновений он словно завис во времени, ожидая, когда снаружи уляжется месиво осколков… Пора! Бросив пульт, он правой рукой перехватил калаш, левой, скидывая с короба, саданул по листу над головой – и, выпрямившись, упер ствол автомата вниз, одновременно с этим врубая фонарь.

Жутко воняло гарью; видимость была почти нулевая, бешено вихрился синевато-сизый дым, от которого отражался свет – но все же общие контуры и положение машины он разглядеть сумел. Механизм, попавший в самую гущу роликов, опрокинуло, и он лежал сейчас на спине. Лапы – обе нижних и левая боевая – замерли без движения, операционные манипуляторы оторвало – и локтем правой боевой он елозил по полу, явно желая подняться. Но самое главное – лепестки забрала основной камеры раскрыты и, кажется, даже триплекс в сетке мелких трещин!

Прицелившись, Серега методично, одну за другой, начал всаживать одиночкой. Раз!.. Два!.. Три!.. Четыре!.. Сверкая в луче света, летели во все стороны хрустальные искры – но страус почему-то и не думал закрывать забрало! Повреждено?!.. На руку! Вот тебе!.. И еще один!.. На седьмом патроне триплекс лопнул, промявшись внутрь – и Серега, понимая, что до победы один шаг, поддернул предохранитель калаша на две позиции вверх и зарядил короткой очередью! Прямо в объектив камеры! Словно в ворота, за которыми укрывался мозг! В башне взвизгнуло, сверкнуло разрядом, гулко хлопнуло, механизм дернул оставшейся живой конечностью в последней попытке опереться о бетон… и замер.

С минуту Серега продолжал тупо торчать в своем коробе. Контрóллер лежал без движения – и так же без движения застыли мысли в его голове. Он шел к этому двенадцать лет – но теперь не верилось, что он, Сергей Сотников, уже не просто боец подразделения ПСО, а его офицер. Лейтенант Сотников! Ибо добыча была действительно достойной!

– Я завалил двухтонника… – глупо улыбаясь, пробормотал Серега. Дым уже рассеялся и громадина машины виделась во всей своей грозной красоте. Механизм лежал вытянувшись, ногами в сторону транзитной галереи по стойке «смирно», словно отдавал последние почести своему убийце. – Я двухтонника завалил…

И вдруг, поперхнувшись, умолк… Старус лежал башней от него, с такого ракурса верхнюю его часть он не видел – но зеленые отблески света на бетоне пола могли значить только одно: мигала лампочка-индикатор, торчащая рядом с антенной.

Контрóллер… передавал!

В следующее мгновение Серега, сграбастав в охапку рюкзак и перевалившись через жестяной борт вентиляционного короба, уже летел вниз. Приземлился жестко, едва не оставив на ближайшем агрегате свои яички – но все же сумел увернуться в последний момент. Врезался коленом в бетон, плечом задел торчащую из станка деталюгу – однако боли вообще не почувствовал. Куда сильнее его волновала сейчас проклятая лампочка! Передает, сука! И это значило, что подмога близко!

Подскочив к контроллеру, матюгнувшись от души трехэтажным, он перехватил калаш – и что было сил долбанул прикладом по антенне. Два удара она героически держала атаку, на третьем согнулась, четвертый переломил ее у самого корня. До передатчика добираться времени нет, хотя бы так обкорнать! Метнулся к железному парнишке, начал потрошить – да почти сразу и бросил: и шлем, и накидка, и спальник, попав под разгул боевых элементов, размочалены в хлам. Осел! Не подумал, когда засаду готовил! И броня тоже в клочья! Сами-то пластины целы – да только лямки измочалены полностью. Как надевать?..

Вскинув на спину рюкзак, Серега подхватил автомат и дернул к выходу в транспортную. Теперь бегом до первого попавшегося ветвления! А если будет возможность – то и до второго! Там уйти глубже, залечь и пересидеть! Не добежал, развернулся, кроя себя трехэтажным метнулся назад: а доказательства?.. доказательства впопыхах забыл! Вернувшись, на мгновение завис над машиной, выбирая, чего бы по-быстрому снять… Двенадцать-семь ему захотелось, глядите-ка… Обойдешься и триплексом! Рванув обмякшее, дырявое от множественных попаданий броневое стекло, Серега с хрустом выдрал его из пазов. Патроны ковырять – до того ли сейчас?!.. Свернув, пихнул кое-как в рюкзак, снова кинул его за спину. Ну – теперь точно пора! Ходу, ходу, ходу!..