Человек, похожий на генерального прокурора, или Любви все возрасты покорны

Но первый российский президент предпочёл не задавать такие вопросы прилюдно, и просто игнорировал их в своих мемуарах. Однако, если бы стало известно, что кассету предоставила ФСБ, то особых сомнений этот факт бы не вызвал. Мало ли как этой спецслужбе удалось предотвратить шантаж важного государственного человека. Менее всего вероятной выглядела бы версия о кознях самого ФСБ. Но последнее предположение оспаривалось некоторыми бывшими чекистами.

«Хотя в своих воспоминания Ельцин намекает на то, что ловушку могли устроить ему бизнесмены, напуганные скуратовскими инициативами, — писал бывший генерал госбезопасности Николай Леонов. — Но без участия российских спецслужб здесь, совершенно очевидно, не обошлось. Адрес квартиры, где происходило „действо“, технология и характер записи, методы распространения кассеты с видеоматериалами, время, выбранное для этого, поведение всех остальных фигурантов этой „постановки“ — все говорит о том, что за спиной этой затеи стояли спецслужбы. Может быть, карьера В.В. Путина стартовала отсюда».[487] Все может быть. А почему бы нет?

Возможно, также, что Скуратова кто-либо уже шантажировал этой плёнкой, тогда он должен знать, кто и что хотели от него. Однако, сам Юрий Ильич не спешил рассказать об этом.

Но потребовалось более сильное давление. На уровне руководства страны. Секретарь Совета безопасности Бордюжа показал плёнку Скуратову. И вот тут, о чудо! Скуратов, который потом называл плёнку фальшивкой, неожиданно не потребовал проверки и наказания тех, кто запустил «фальшивку». Он повёл себя как человек, пойманный на месте преступления. Т.е. сразу же написал заявление об отставке по состоянию здоровья:

«Глубокоуважаемый Борис Николаевич! В связи с большим объёмом работы в последнее время резко ухудшилось состояние моего здоровья (головная боль, боли в области сердца и т. д.). С учётом этого прошу внести на рассмотрение Совета Федерации вопрос об освобождении от занимаемой должности генерального прокурора РФ. Просил бы рассмотреть вопрос о предоставлении мне работы с меньшим объёмом. 01.02.99».

Все как у нашкодившего чиновника. Даже, присутствует просьба не забыть и дать достойную синекуру. Именно, так обычно поступают люди, знающие цену своему поступку и понимающие, что нужно просить прощение и нести заслуженное наказание.

«Так и хочется думать, — писал Анатолий Кучерена, — что наконец-то в России появился свой комиссар Каттани, который разворошил осиное гнездо обнаглевших коррупционеров во всех эшелонах власти. Но тогда зачем он первоначально написал прошение об отставке? Вопросы, вопросы…».[488]

Мало того, тот же Кучерена обратил внимание на следующее: «Скуратов никак не мог набраться мужества, чтобы ответить на простой вопрос: „Признает ли он себя в человеке, показанном на плёнке?“, ограничиваясь туманным ответом: „Пусть выяснит следствие“.[489]

Будем по-мужски откровенны: Скуратов поступил как человек, который действительно баловался с проститутками. Как человек, пойманный на «месте преступления». Тут нет ни капли, похожего на то, что Скуратова шантажировали фальшивой видеозаписью. Похоже, что запись была реальной.

«С одной стороны, было очевидно, что Ю. Скуратов попался, „как кур в ощип“. Но с другой — так же очевидно, что его собирались перемолоть в муку вовсе не по моральным, а по политическим соображениям».[490]

После написания заявления об отставке Скуратов поехал в генеральную прокуратуру, где, по его словам, попросил своих заместителей поддержать его. Но, как и следовало ожидать (знать нужно кого подбирать своими замами!), почти все они увильнули от коллективной поддержки, предпочтя занять пока выжидательную позицию. Скуратов стал собираться в больницу. Он напишет: «…Замы мои — те самые, которых я собственными руками сделал замами, повесил на погоны большие генеральские звезды, — все усилия направили на спасение собственных должностей, забыв, как выяснилось позднее, и о чести, и о совести».[491]

Но тут произошло ещё одно плохо объяснимое событие. Генеральный прокурор передумал. На следующее утро Скуратов снова появился у Бордюжи, стал просить:

«Нельзя допускать, чтобы плёнка всплыла. Давайте забудем про это. Забудем про то, что вы видели. А я готов выполнять все ваши указания». Бордюжа ответил: «Во-первых, ваше заявление уже у президента, ему принимать решение. И к тому же вы, как человек, обладающий хоть каплей здравого смысла, должны понимать: если есть одна копия, есть и пятьдесят других».[492] Это в изложении Ельцина. Сам же Скуратов даёт более выгодный пересказ разговора с Бордюжей.[493]