Человек, похожий на генерального прокурора, или Любви все возрасты покорны

Очень скоро сложилось мнение в значимости позиции в этом скандале. «Ясно, что осуществить изъятие двух самых могущественных генералов до того, как в Кремле появился, было в принципе невозможно», — пришла к выводу газета «Советская Россия».[178] Хотя, на самом деле, генерал-десантник играл роль невольного щита не особенно популярных личностей. Но заинтересованные лица, например президент фонда «Политика» всячески подчёркивали лебединый след в падении двух генералов госбезопасности. вещал: «…Возникла совершенно новая ситуация. На пост, дающий возможность контролировать деятельность спецслужб, пришёл, который, с одной стороны, имеет поддержку почти 15 процентов избирателей[179], а с другой — человек с совершенно железной хваткой. Отсюда — естественное стремление спецслужб «подрезать» позиции тех сил в президентском окружении, которые поддерживают[180], причём устранив тех людей, которые прямо с ним не связаны.

Это был двойной удар, нанесённый практически в сердцевину самой избирательной кампании. Потому, что и, и А. Евстафьев были в ней ключевыми фигурами, связанными и с аналитической группой, руководимой, и со штабом избирательной кампании, который возглавляют и. Здесь был целенаправленный удар по структурам избирательной кампании президента, имеющий целью парализовать её. Следствием этого могла стать отмена выборов».[181] Вот так одним махом куча обвинений. Но и этого оказалось мало.

На пресс-конференции прозрачно намекнул на причастность и к покушению на бывшего президента Национального фонда спорта Бориса Фёдорова и организации провокации с коробкой из-под ксерокса.[182]

Не забыл упомянуть о КГБ, сказав, что коробка была подброшена «действовавшими в духе советского КГБ спецслужбами»: «Никаких денег Евстафьев не выносил».[183] Какая же политическая борьба возможна без лжи? Испокон веков такого не было.[184]

В это не поверили сразу. «Судя по всему, — писала „Комсомольская правда“, — на пресс-конференции слукавил. И зря — мелкий обман порождает большие сомнения».[185] Чего уж там «слукавил», сказали бы проще «солгал». Привычное дело. По мнению Николая Леонова: «Лично А. Чубайс в те часы поставил рекорд вранья…».[186]

Кстати, это обстоятельство (враньё) в хвалебных по отношению к Чубайсу материалах, [187] естественно, не тиражируется. Чтобы не помнили люди. Однако, это к слову, неправда оказалась неудобной позже, а когда она произносилась, то была просто нужна. Обычная вещь, какая же политика делается в России без обмана?

Одновременно ударился в гробовую тему. «Назначение — это последний гвоздь в крышку гроба российского коммунизма, — заявил. — А увольнение, и — это последний гвоздь в крышку гроба иллюзии военного переворота в российском государстве».[188] Чем-то нездоровым веет от этих слов главного приватизатора. Уж, не с перепугу ли он стал таким решительным и заговорил гробовой терминологией?[189]

И в самом деле, чего переживать, разберутся как-нибудь с коробкой. Не собирался же сорвать выборы, к которому он хорошо относился. Но вот для команды рыжего приватизатора могли настать даже не чёрные, а всего лишь проблемные дни. Но им этого так не хотелось, и в ход сразу пошла подтасовка фактов и откровенная ложь. Политика — вещь не самая приличная.

В версию главного приватизатора об очередном ГКЧП мало кто поверил.[190]

«…Скорее всего ничего подобного в природе на было», — написала уже через пару дней поддерживающая оппозиция «Советская Россия».[191] Совсем уж не оппозиционная газета «Известия» пришла к выводу, что «заговора генералов», скорее всего, не было.[192]

Даже провинциальная пресса быстро пришла к выводу о том, что так называемый путч выглядит нелепо. Одна из красноярских газет писала: «В пользу кого путч? на пресс-конференции долго не хотел отвечать на этот вопрос, а потом сказал: „В пользу тех людей, которые его готовили“. Это даже не смешно …, видимо, просто сильно переволновался перед пресс-конференцией».[193] Последнее обстоятельство отмечают многие. Например, в газете «Известия» писали: «У, видимо, сдали нервы…».[194] Немного главный приватизатор опростоволосился. Но чего с перепуги не бывает. Тут и похуже экспромт могли учинить.

Кстати, автор настоящей книги смотрел все эти передачи. И, действительно, крайне сложно было понять, что же происходит. Сказывался экспромт организаторов пресс-конференции. «Нет, не зря недавно ласково предупреждал: „Не высовывайся, не мелькай на телеэкране!“. Как чувствовал… высунулся, да ещё как! Его пресс-конференция по „тротиловому эквиваленту“ и по пафосу в голосе может сравниться разве что с победными августовскими, 1991 года. На весь мир заявлено и про гвозди в гроб (с разным содержимым), и про кровавую угрозу, нависшую над родиной в ночь со среды на четверг, и про мизинец.