Человек, похожий на генерального прокурора, или Любви все возрасты покорны

И, тем не менее, в России мышление символическое у всех. Импичмент — символ долгожданного для коммунистов конца ельцинской эпохи. Принудительного конца. Преждевременного. Хоть на месяц, но раньше положенного срока. Ради этого символа, ради очередного политического шоу ведётся огромная, напряжённая работа».[441]

Чем больше терял первый российский президент авторитет, тем больше его политические конкуренты склонялись к необходимости импичмента. Ситуация с управлением страной становилась все более неопределённой и все более трагической. В 1997-1998 годах состояние казалось критическим. Почти половина членов Совета Федерации высказалась за «добровольную и немедленную отставку Президента.

«С января 1999 года опасные обострения разных болезней случались у почти ежемесячно…».[442] Это скрыть было уже не возможно.

Тем не менее, скрывать пытались. Скуратов назвал пресс-секретаря президента, который утверждал о работе президента по 16 часов, потомком Хлестакова[443] за то, что врать приходилось как этому литературному герою.

«Характерными чертами являлись ограниченная работоспособность главы государства, увеличение степени его манипулируемости, возрастание роли семьи в принятии решений. Безусловно, и в таком состоянии он был способен осуществлять рутинную часть своих обязанностей…

Болезнь президента подтвердила возросшую роль его ближайшего окружения, которая, по общему мнению, могла только усиливаться. Администрация президента становилась все более «семейной» организацией с усилением «женского» компонента».[444]

Естественно, Госдуме сам Бог велел начать импичмент. «Противостояние с парламентом, с законодателями — моя боль», — признает позже.[445] Заметим, для объективности, что болью для него были взаимоотношения почти со всеми должностными лицами, которые имели хотя бы какие-то элементы независимости от президентской власти.

«Вот такой это был демократ…, Борис Николаевич Ельцин, …И если бы в своё время Горбачёв не „выдавил“ его из Политбюро, Ельцин продолжал бы оставаться таким же стойким марксистом-ленинцем, что из него, говоря словами поэта, гвозди можно было бы делать…

Он во все времена был неуправляемым «ленинцем», во все времена что хотел, то и делал. Как только мы этого не видели! Не знаю… Надо было увидеть, а мы не увидели», — написал позже Юрий Скуратов.[446]

Не увидели, потому, что не хотели увидеть. Ибо видели только одно — возможность самому прихолопиться к царскому трону. А, то что царь — деспот, на это обращали внимание, когда он проявлял деспотизм к тем самым, которые только что радовались, что царский гнев достался их конкурентам. Но это лирическое отступление, а мы вернёмся к основной нити повествования.

В течение почти года депутаты Государственной Думы мусолили вопрос об импичменте президента. Нагнетались страсти, они дошло до кипения и … Впрочем, все по порядку, ведь ситуация с отстранением от должности президента показательна для политических нравов господ депутатов. Мало того, президента страны ведь обвиняли в преступлениях, а на вершине борьбы с преступностью стояли органы прокуратуры, которые должны были сделать все для соблюдения законности в стране..

Сам констатирует: «Проиграв и первые, и вторые выборы, коммунисты начали искать любые способы уничтожить президента, любые возможности сместить его с поста».[447]

Да, они проиграли. Но если быть откровенным, наш замечательный первый президент был избран путём обмана. Народу подсунули больного неработоспособного президента. Так что, кто вёл непорядочную игру вопрос довольно сложный.

По Конституции Президент прекращает полномочия досрочно следующих случаях:

— отставки;

— стойкой неспособности по состоянию здоровья осуществлять принадлежащие ему полномочия;

— отрешения от должности.

Отрешение от должности высшего должностного лица в США принято называть импичментом. Нашим «российским мудрецам» (и тем, кто у власти, и тем, кто к ней стремится) иностранные слова как-то ближе по духу, чем русские. Сколько их лишних «иностранцев» проникло в русскую речь благодаря этим «мудрецам», которые в душе давно уже больше американцы, чем все остальное российское население.

«Процедура импичмента — юридическая. В сущности, это суд».[448]

«Конституция России предусматривает более сложный, по сравнению с некоторыми зарубежными странами, порядок отрешения Президента от должности…

Порядок внесения предложения об отрешении Президента России от должности тоже усложнён».[449] Некоторые были более откровенными и прямо писали, что «процедура чрезмерно усложнена и выглядит нереальной».[450]

Статья 93 Конституции РФ гласит: