Человек против Бога

Святые отцы говорили о последних временах как об очень слабых, когда не будет таких великих знамений, какие совершались в ранние апостольские времена и первыми монахами в пустынях, когда было сотворено множество чудес. Великие отцы воскрешали умерших, происходило множество чудесных явлений; и те же святые отцы утверждали, что придут времена, когда подобные дивные чудеса прекратятся, что перед концом света почти не будет ничего подобного, что те, которые будут идти по пути спасения, ничем по виду не будут отличаться от других, за исключением того, что в них каким-то образом не умрет борьба со всеми этими искушениями. Просто одно лишь сохранение живой искры истинной христианской веры, без совершения чудес или вообще чего-либо особенного, уже сделает их, если они претерпят до конца, столь же великими или даже более великими, чем те великие отцы, которые творили необыкновенные чудеса.

Таким образом, в наше время внешняя активность для православных христиан, по-видимому, весьма ограничена в сравнении с прошлыми временами. По-видимому, это так. И все же внутреннее духовное делание так же возможно, как и прежде, для тех, кто не хочет устраниться от брани. И действительно, оглянувшись вокруг, мы видим поразительные примеры: святой праведный Иоанн Кронштадтский, совершивший тысячи чудес, — возможно, больше чудес, чем кто бы то ни было в истории Церкви; святитель Нектарий в Греции, смиреннейший человек, презираемый за плохое управление своей епархией, но чудотворец, особенно после смерти; и наш архиепископ Иоанн [блаженный святитель Иоанн Шанхайский и Сан-Францисский (1896-1966). — Прим. ред.], который жил вот на этой земле, ступал по ней, благословляя округу, особенно благословляя Курской иконой Божией Матери. И мы убеждаемся, глядя на этих людей и видя в них столпов духовной жизни, что можно быть подвижником даже в наши немощные времена.

3. Не быть слепыми

Все это дает возможность сделать некоторые практические выводы касательно тех качеств, которые необходимы для того, чтобы духовная жизнь была истинной. Во-первых: мы должны уметь видеть вещи такими, какие они есть, то есть мы не должны быть слепыми, не подвизаться и не жить слепо, не думая о том, что творится в мире. Мы должны осознавать, что живем во времена апостасии, что в мире есть много людей, называющих себя христианами, но христианами не являющихся; они очень разные и часто враждебны друг ко другу и к нам. Мы должны знать, что не может быть того, что все они правы и находятся на верном пути. Мы из истории знаем, какое множество искажений, ошибочных взглядов, неправильных действий примешивалось к христианству. Мы являемся свидетелями ужасающего революционного демократического движения в современном мире, то есть движения, абсолютно чуждого христианству, целью которого является построение всемирной богоборческой империи, первым провозвестником которой является коммунизм. Причем это движение распространено не только среди неверующих, не только среди неправославных, но и в среде самих верных. Оглядываясь кругом, мы видим, что многие православные просто полностью земные и не думают о высокой стороне своей веры. Они относятся к ней как к чему-то само собой разумеющемуся. Они как бы говорят: «В нашей религии все установленное осуществляется автоматически. Всегда где-нибудь есть священник. Если его нет в этом городе, то он есть в другом. У него Таинства и святое причастие. Мы просто поедем к нему и получим все, что нам нужно. Потом мы вернемся домой. Вот и все… И наши религиозные потребности удовлетворены».

Читая о жизни христиан в прошлом, мы видим, что это не считалось достаточным даже самыми простыми верующими. Они всегда делали нечто сверх этого автоматического уровня. Они вставали очень рано утром. В каждом селе совершались ежедневные богослужения. В четыре-пять часов начинались часы; люди просыпались и шли в храм каждое утро, а вечером — на вечернее богослужение. Читая жития многих святых, мы узнаем о том, с каким чувством они в детстве слушали звон церковных колоколов. Если ребенок проявлял особую ревность ко Богу, то он, бывало, первым вставал поутру и будил родителей, чтобы идти к службе. Если отец не мог идти, так как должен был работать в поле, ребенок будил мать и с нею шел в храм. Иногда он шел один. Вся атмосфера была пропитана церковностью. А наша атмосфера пропитана миром. В целом мире мы найдем не много таких мест, где хотя бы совершаются ежедневные богослужения. Люди отвыкают от самой необходимости ежедневных церковных служб. И вот ввиду всего этого мы сталкиваемся с феноменом огромной важности: обмирщенное отношение к жизни самих тех людей, которые находятся внутри церковной ограды. Мы должны оценивать этот феномен реалистично — таким, каким он является: это апостасия, искажение, зло, демоническая активность и обмирщение в таком масштабе, в каком оно ранее еще никогда не существовало в истории мира. Все это антидуховно, антиправославно. Все это ведет вниз; и тех, кто идет этим путем, он не приведет ко спасению.