Человек с тысячью лиц

– Добрый вечер, господин Нэком! – воскликнул задержанный. – Вот удача! Неужели это и в самом деле вы? Кто этот человек? Почему он напал на меня? Никогда раньше я его не видел… Рад, что вы тут оказались… Я требую, чтобы он возместил мне стоимость испорченной одежды!

Инспектор Клик мысленно отметил, что, судя по крикам, перед тем, как наброситься на противника, Доллопс позвал суперинтенданта Нэкома на помощь, назвав его по имени. Однако в тот момент инспектор ничего не сказал. Вместо этого, выключив фонарик, он убрал его в карман, а потом, протянув руку, помог Доллопсу встать.

– Вы… Вы, кто бы вы там ни были! Попридержите язык и умерьте пыл! – задыхаясь, выкрикнул Доллопс, а потом повернулся к суперинтенданту. – Утверждаю, что этот человек бродил тут и препятствовал задержанию. И смею заверить вас, сэр, он сам набросился на меня, когда я вежливо попросил его остановиться.

Я как раз делал зарисовки следов, согласно вашему распоряжению, – искренне продолжал молодой человек. – А он занимался тут чем-то непонятным, крался в темноте… И независимо от того, кто он такой, сэр…

– Он – джентльмен, сэр Джеффри Клаверинг, сын и наследник моего друга сэра Филиппа Клаверинга, – перебил юношу суперинтендант. Главный полицейский произнес эту фразу на одном дыхании, и в голосе его слышалось определенное волнение, так как, судя по всему, он тоже не ожидал встретить Джеффри Клаверинга в это время рядом с местом убийства.

– Отлично, сэр, но это ничего не меняет… – начал было вновь Доллопс, но в этот раз его перебил «задержанный».

– Выходит, я не должен обвинять вас, молодой человек. Вы всего лишь переусердствовали, находясь на службе и выполняя распоряжения суперинтенданта Нэкома, – объявил он. – Хотя после такой взбучки на мне места живого нет. И если бы вы приказали ему отпустить меня как можно быстрее, то я был бы вам невыразимо обязан.

– Конечно, Доллопс. Позвольте джентльмену встать.

– Но, господин суперинтендант…

– Отпустите его. Никуда он не денется, говорю я вам!

– Но даю вам слово, сэр…

– Вы слышали, что я сказал, не так ли? Что, моего приказа недостаточно? – резко прервал его Нэком.

Доллопс бросил быстрый взгляд на господина Георга де Леспарре и, когда тот кивнул, выпустил «задержанного», поднялся с земли и стал собирать разбросанные листы бумаги.

– Ну и наглецы же у вас служат, господин суперинтендант, – заметил молодой Клаверинг, к которому, похоже, стало возвращаться самообладание, – теперь, когда стало очевидно, что вопрос его появления в этом месте и в этот час неизбежно должен был стать темой для беседы. – Надеюсь, вы отошлете этого человека? И если бы вы еще попросили отойти вашего спутника… Видите ли, господин Нэком, я хотел бы поговорить с вами с глазу на глаз, если не возражаете.

– Конечно, Джеф… Доллопс, я бы попросил тебя отойти и пока заняться следами в другом конце переулка.

– Да, сэр. Только вот моя шляпа… Вот она. Куда мне идти?.. – и потом, чуть замешкавшись, добавил: – Сэр, я сделал что-то не так?

– Идите и продолжайте делать, что было сказано. Забирайте ваши вещи и ступайте.

– Конечно… конечно… Тем более что тут делать больше нечего – этот джентльмен большую часть следов затоптал своими грязными ботинками! – произнес Доллопс с явным отвращением, сделав упор на слове «джентльмен». – Так что тут теперь только его следы.

После этого, незаметно для остальных, уголком правого глаза он подмигнул инспектору Клику, после чего собрал запачканные грязью листы бумаги и, бормоча что-то себе под нос, направился вдоль каменной ограды, высматривая новые следы. Вскоре его фигура растворилась в тумане.

Как только Доллопс ушел, суперинтендант Нэком вновь повернулся к «задержанному»:

– А вот этого джентльмена я не смогу отпустить, Джеф, как бы вы ни просили. Разрешите представить вам: господин Георг де Леспарре – известный французский криминалист. И должен сказать, сегодня ночью мы с ним занимались весьма важным расследованием. Короче говоря, совершено дерзкое убийство. Все произошло после того, как я оставил особняк Клаверингов. Думаю, Джеф, вы ужаснетесь, когда узнаете…

– Не спешите так… Не спешите, господин суперинтендант, – перебил его инспектор Клик, до этого внимательно рассматривавший «задержанного». В конце концов детектив решил, что молодой человек ему нравится – тот и в самом деле был красив и выглядел честным и откровенным человеком. Инспектор не мог представить его в роли злодея, однако он отлично знал: внешность порой невероятно обманчива. – Пусть лучше Джеффри Клаверинг сам расскажет, что ему известно. Возможно, он уже слышал о преступлении и именно поэтому очутился здесь?