Человек в экстремальной ситуации

Пример

: Семья из трех человек: отец (39 лет) — преподаватель музыкального училища, мать (34 года) — работница типографии, дочь (14 лет) — школьница. Отец по складу характера — тихий, застенчивый человек, увлеченный своей профессией. Мать — энергичная, довольно яркая особа с холерическим складом характера. Все в семье, в том числе и бабушка (мать мужа) полностью подчинялись диктату матери. Дочь — болезненная девочка, издерганная постоянными окриками и понуканиями матери, часто физически наказывавшей ребенка. Скандалы чаще всего возникали на почве материального неблагополучия семьи, так как отец зарабатывал явно недостаточно для постоянных претензий жены. Из-за этого часто подрабатывал на свадьбах, семейных вечеринках и торжествах, куда его охотно приглашали, как отличного баяниста. Когда дочь училась в 9 классе, устроился в ночной ресторан, где играл в оркестре. Отношения с дочерью были доверительными, поскольку девочка часто искала у него защиты от матери. Именно тогда девочка впервые случайно увидела под утро чужого мужчину, выходящего из комнаты матери (отца дома не было). Девочка все поняла и реакция была бурной: больше часа рыдала в комнате у бабушки, ничего не объясняя той, а когда вошла мать, вслух назвала ее шлюхой. После полученных пощечин убежала к подруге в соседний подъезд и вернулась только вечером, когда пришел отец. Мать снова повела себя агрессивно и в отношении дочери и в отношении все еще ни о чем не подозревавшего мужа. На почве скандала у бабушки произошел повторный инсульт. После похорон девочка не могла больше оставаться в той комнате, где раньше была с бабушкой, и спала на полу на кухне. Стала чаще болеть и хуже учиться, что служило очередной причиной для недовольства матери. На очередной школьной вечеринке, уже учась в 11 классе, впервые попробовала водку и вино. Школьные подруги, зная положение в семье, «утешали» по-своему: — Матери не поддавайся, а деньги можно заработать и другими способами… Первый половой контакт произошел там же, в компании школьных подруг и нескольких «старших дружков». После того, как узнала, что забеременела, пыталась отравиться, но от принятых таблеток девочку просто вырвало. Деньги на аборт дали все те же подруги под залог будущих «успехов».

Отец, понимая причины того, что происходит с дочерью, пытался поговорить с женой, но ничего кроме угрозы развода и возможности оказаться без жилья не получил. Через некоторое время, когда приятель подвозил его под утро домой на машине после очередного ночного выступления в ресторане, увидел стоявших в воротах дома двух девиц. На предложение приятеля: — Хочешь прихватим ко мне? Совсем недорого! — ответил с удивлением: — Да они еще совсем девчонки! На что получил ответ: — Какие девчонки, вон ту, в белом беретике, я уже привозил к себе, а рядом… вполне симпатична…

Рядом с девушкой в белом берете стояла дочь. С непривычно ярко накрашенными губами и сигаретой в руке. Увидев выходящего из машины отца, девочка убежала и не возвращалась домой несколько дней. Пришла, когда родителей не было дома, забрала кое-какую одежду и оставила записку отцу, в которой просила простить и не искать ее больше. Через два года девочка была найдена в одном из подпольных «домов свиданий» в г. Ставрополе. В отделении реабилитации на вопрос психолога: — Что заставило вас уйти из дома и заняться этим ремеслом? Однозначно ответила: — Мать.

Пример: Женщина (35 лет) после гибели мужа в автокатастрофе осталась с 12-летним сыном. Отношения мальчика с матерью всегда были доверительными, в школе учился на «хорошо» и «отлично». Через два года после трагедии мать вышла замуж за мужчину (45 лет), несколько лет назад разошедшегося с женой. С отцом остался 15-летний сын, старшая дочь была замужем и проживала в семье мужа. В первый год после образования новой семьи все было относительно благополучно, хотя отношения между двумя подростками складывались непросто: старший мальчик был довольно избалованным и отношением отца, и его положением (директор строительной фирмы), к появлению в семье новой женщины отнесся высокомерно-снисходительно, но вполне терпимо. Отношения с неродным братом стали принимать все более тревожные формы. Менторский вначале тон, постепенно стал переходить в откровенно деспотический. Первая серьезная драка произошла немногим более года после образования семьи, хотя мелкие стычки наблюдались и раньше. Тревогу матери по поводу взаимоотношений детей глава семьи считал необоснованной, чересчур эмоциональной, поскольку считал, что «мальчишки сами во всем разберутся». После инцидента с дракой старший подросток, тем не менее, был отправлен к родителям отца. Обстановка в семье несколько нормализовалась, но через три месяца бабушка и дедушка сообщили отцу, что внук стал приходить домой (после школы) поздно и иногда от него «сильно пахло табаком и вином».