Черепашки-ниндзя на острове Динозавров

—   Молодец! — Бич была довольна. Я даю урок моим кентаврам, — пояснила она директору цирка. — Вы видели таких послушных кентавры?

 — Да, странно, — не мог не согласиться Кроббин. — Заболели они, что ли? У вас всё, Бич Кнут? Тогда я пошёл, а вы продолжайте.

—   Нет! — остановил его властный голос дрессировщицы. — Вперёд! — приказала она кентаврам.

Те послушно поднялись и побежали по кругу, не хулиганя и не взбрыкивая.

Из-за кулис показались черепашки и прямо с земли прыгнули каждый на свою «лошадку». Они показали директору цирка то, что научились делать вчера.

—   Что всё это значит? — сухо спросил Кроббин. 

— Хороший номер — убеждённо сказала Бич Кнут. — Месяц работа, и всё готово.

— У меня уже есть номер с гномами-наездниками. Зачем мне два номера вольтижировки?

— Но такого не был нигде! Никто не ездил кентавр, — от волнения Бич заговорила хуже, чем обычно.

Директор встал и решительно направился к выходу. Бич Кнут вдруг свирепо зарычала, схватила кнут и мощным ударом сбила с головы мистера Кроббина цилиндр. Головной убор откатился далеко на манеж, из него выскочил кролик и бросился наутёк.

— Вы не хотеть кентавр! Вы не любить Бич, не уважать.

— Никто и не будет на них ездить, — Кроббин уже оценил номер по своим меркам и решил, что в нём нет ничего страшного или зловещего. Не пойдёт! — Черепашкам я предложил отличный номер. Им остаётся только подумать и начать 

— Дон! — закричала амазонка страшным голосом и добавила: — Я плевать на вас и уходить.

Бич Кнут пошла к выходу. Директор, который в глубине души побаивался этой невероятной женщины, решил, что с ней надо быть более уступчивым.

—   Хорошо, — заторопился он и побежал вслед за дрессировщицей. — Ну зачем так волноваться? Пусть черепашки выезжают на ваших уважаемых кентаврах. Но ведь это только выезд, а не основной номер...

—   Конечно! — Бич Кнут соизволила остановиться и выслушать директора цирка. — Но это есть эффектный выезд!

—   Согласен, — со вздохом признал Кроббин и оглянулся в поисках своего цилиндра.

Он обнаружил его на голове Злыдня. Кентавр напялил на свою свирепую бородатую физиономию аристократический головной убор и важно вышагивал по арене, весьма удачно передразнивая походку мистера Кроббина.

***

Когда черепашки увидели клоуна Полюса, им показалось, что теперь в цирке два белых клоуна и ни одного рыжего. На обеих головах Полюса, как говорится, лица не было.

—   Что случилось? — с тревогой спросил Дон. — Ты белый, как мел.

—   Нам разрешили начать свой номер с выезда на кентаврах! — похвастался Раф.

— Надо поговорить, — сказал Рыжий. — Пойдём куда-нибудь в укромное место.

Они устроились возле муркота Ушистика. Это не могло вызвать ни у кого подозрений — просто товарищи решили поднабраться хорошего настроения. Когда Полюс почесал у муркота за ухом, ему действительно стало немного легче.

— Оказывается, всё намного хуже, чем мы предполагали. Многое нам рассказал корабельный Мозг, об остальном можно без труда догадаться, — сообщил Рыжий.

— Значит, ваш шахматный план удался? — обрадовался Лео.

—   Конечно, — небрежно ответил Рыжий. — Вытряхнуть из него всю правду оказалось гораздо легче, чем выиграть партию.

—   Не преувеличивай, — поправил его правдивый Белый Полюс. — Мы только один раз сумели свести игру вничью.

—   Это потому, что я был занят разговором с Мозгом и не мог помочь тебе выиграть партию.

Полюсы сцепились.

—   Вы, кажется, хотели сообщить нам что-то очень важное, — напомнил им Дон.

—   Да. Мы узнали тайну жезла Кроббина, Белый Полюс сразу стал серьёзным.

—   Он волшебный! — догадался Рафаэль, который интересовался любым волшебством. 

— Не знаю, как насчет волшебства, но Мозг сказал, что при помощи голубого кристалла на жезле Кроббин накапливает огромную силу. Кристалл впитывает невероятное количество психоэнергии.

—   Откуда она берётся?

—   Всякий раз, когда зрители на представлении пугаются или злорадствуют, происходит мощный выброс энергии страха и злости. Это особенно касается детей, — упавшим голосом сказал Белый.

— А вы замечали, что в напряжённые моменты представления кристалл загорается ярче? — вспомнил наблюдательный Лео.

— А я думал, что это просто фокус, — пожал плечами Дон. — Смотрите! — Рафаэль показал на муркота.

Ушистик плотно прижал к голове уши с кисточками и весь сморщился, к Видите, даже муркот расстроился, — опустил плечи Рыжий.

— При чём тут дети? — не совсем понял Лео.

— Дети вашей планеты — настоящие психоэнергостанции. Их можно использовать вместо двигателей в звездолётах. Из-за них Совет Галактики пока держит на карантине планету Земля, — объяснил Белый Полюс.

—   Ну и ну! — удивился Лео. — Что же нас ждёт?

—   Теперь нас ждёт подготовка новой программы. Кроббин хочет сделать страшную программу, чтобы у зрителей во время представления волосы вставали дыбом.

— Так вот зачем ему бои гладиаторов! — с возмущением сказал Дон. — Надо бороться!

— Необходимо посоветоваться с Соли и Миком, — предложил Белый. — Пойдёмте все вместе на берег моря и составим план действий.

Рыжий спросил у проходившего мимо гимнаста: