Черепашки-ниндзя против Злобного Крага

Они направились по коридору вверх. Сте­ны коридора постепенно раздвигались. По­толка в темноте уже не было видно. Пол покрывали каменные плиты. Через час они вышли на большой ровный тракт, на кото­ром не было видно ни ям, ни предатель­ских расселин. Это позволяло им двигаться намного быстрее.

По пути движения тракт неоднократно пересекался гигантскими пещерами, со стен которых низвергались водопады пря­мо в глубокие подземные озера. Гладкие стены, поддерживающие гулкие своды, от­ражали сверкание самоцветов, хрусталя и рудных жил. Факел таинственным светом озарял на стенах мраморные кружева и за­витки вроде прозрачных раковин.

То там, то здесь вздымались, вырастая из многоцветного пола, причудливые витые колонны — белоснежные, желто-коричне­вые и жемчужно-розовые. Над ними блис­тали сталактиты, напоминающие то башни и шпили, то флюгер и знамена. Сталакти­ты отражались в неподвижно, стылых озе­рах на дне пещер.

Но когда в озеро падала с потолка капля, то по блестящей, как стекло, воде расходи­лись круги, и причудливые отражения ко­лебались, словно морские водоросли в под­земном гроте.

Когда черепашки-ниндзя и Грегори ухо­дили из пещеры, унося факел, видения блекли и исчезали, но в другом подземном чертоге появлялись новые картины, блис­тая причудливой красой.

Неожиданно путники оказались в ог­ромной прохладной пещере. В спину им дул теплый ветерок, а пещерный воздух был на диво свежим. Путники вступили в громадный зал с высоким куполообраз­ным потолком, полированными зеркаль­но-черными стенами и широкой стрельча­той аркой, за которой угадывался еще один коридор.

— Какая красота! — сказал Микеланд­жело. — Я счастлив, что судьба привела меня сюда. В какой восхитительный ка­менный заповедник могли бы превратить­ся эти пещеры! Если бы тут установили ог­ромные светильники, то отступила бы ночь, веками заполнявшая эти недра. А пока здесь царят мрак и запустение. Хотел бы я знать, почему?

—                  А меня это совсем не интересует, — признался Грегори.

—                  Лично для меня вся эта красота не со­поставима с уютом нашей квартирки в Нью-Йорке, — заявил Рафаэль.

—                  Вот и сидел бы там, — поддел друга Донателло. — Кто тебя сюда тащил? Сам ведь напросился.

Конечно, без меня вы бы тут давно пропали! — возмущенно воскликнул Рафа­эль.

Пройдя сто футов по коридору, который поднимался вверх, путники увидели полу­открытую дверь, через которую в коридор падал свет. За дверью обнаружилась квад­ратная комната с окошком, прорубленным в восточной стене. Привыкшие к полной темноте, они невольно зажмурились и оста­новились на пороге. Потом осторожно шаг­нули в комнату, наступая на какие-то хрупкие осколки, покрытые ковром черно­серой пыли.

Под окном, напротив двери, ведущей в коридор, они обнаружили еще одну дверь. Попривыкнув к дневному свету, они заме­тили, что осколки, хрустевшие у них под ногами, были костями убитых воинов. Сре­ди костей в пыли валялись боевые топоры, разбитые шлемы, треснувшие щиты и кри­вые мечи с воронеными клинками — из­любленное оружие кровожадных гнорров.

Вероятно, когда-то здесь произошло сражение между гноррами и глуммами, — предположил Микеланджело. — Обратите внимание, в основном, здесь лежат доспехи глуммов. Значит, гнорры одержали победу. Своих павших они захоронили, а мертвых глуммов оставили тут. Остальные глуммы отступили вон в ту дверь и больше сюда уже не возвращались.

—                  Но, как я наслышан, глуммы — хоро­шие бойцы, а гнорры — стая ничтожных разбойников, — сказал Грегори.

—                  Значит, кто-то помог гноррам, — мрачно заметил Донателло. — Кто-то на­столько сильный и страшный, что глуммы предпочли не связываться с ним, а отсту­пить из этой части подземелья.

—                  Думаешь, тут не обошлось без вмеша­тельства таинственного зверя Дарлога? — испуганно спросил умбрийский принц.

—                  Пожалуй, — кивнул Микеланджело. — Не хотелось бы мне с ним встретиться. Так что давай уносить отсюда ноги побыстрее.

Они осознали, что забрались в могильный склеп. Микеланджело шагнул вперед.

И тотчас из гулких глубин подземелья до них донесся раскатистый грохот. Путники ощутили под ногами судорожную дрожь каменного пола.

Не сговариваясь, черепашки-ниндзя и Грегори ринулись к двери.

Волна грохочущего рокота во второй раз прокатилась по пещерам, а потом еще раз. и еще, и еще — как будто недра необъятно­го подземелья превратились в громадный барабан. И словно в ответ громоподобному грохоту, неподалеку резко протрубил рог. Путники услышали тяжелый топот.

—                  Гнорры приближаются! — вскричал умбрийский принц. — Это ловушка!

Стены комнаты сотрясались.

—                  Отступим через восточную дверь, — приказал Микеланджело.

Снова пронзительно протрубил рог, уже гораздо ближе. Слитный топот быстро при­ближался. Путники выхватили мечи и за­хлопнули дверь на коридор, открывавшую­ся вовнутрь. Засов на ней был сломан. Леонардо и Рафаэль торопливо подсунули под нее шесть сломанных мечей и забили их, как клинья, дубовой доской.