Черный крест и красная звезда. Воздушная война над Россией. 1941–1944

Вечером 1 июня 8-й авиакорпус, расположенный на аэродромах севернее Севастополя, доложил о готовности своих частей. Его части состояли из одной разведывательной эскадрильи, двух эскадрилий ближней разведки армейского подчинения, четырех истребительных авиагрупп, трех групп пикировщиков и семи бомбардировочных групп общей численностью 800 самолетов.

Концентрация этих частей прошла без помех со стороны противника. Главное командование люфтваффе подчинило Fliegerführer Süd оберста Вильде 8-му авиакорпусу с целью максимального увеличения мощи последнего и обеспечения наивысшей эффективности наступления.

Между штабами 11-й армии и 8-го авиакорпуса были обговорены все детали. Требования командующего 11-й армией генерал-оберста фон Манштейна состояли в следующем:

1. Операции люфтваффе должны были сорвать поддержку Красной армии со стороны русской авиации.

2. Самолеты люфтваффе должны были днем и ночью совершать налеты на крепость Севастополь, чтобы сломить дух ее защитников.

3. 8-й авиакорпус должен оказывать прямую поддержку передовым частям 11-й армии с упором на зону действий 51-го армейского корпуса. Затем поддержка, в зависимости от обстановки, 30-го или 6-го армейских корпусов.

4. Нейтрализация советской артиллерии посредством бомбардировок. Особенно тех артиллерийских частей, которые находятся внутри крепости и поблизости от нее. Далее: полеты с целью наведения немецкой артиллерии на позиции артиллерии противника.

5. Отрезать советские войска в крепости от снабжения по воздуху и морю.

Генерал-оберст фон Рихтгофен считал, что лучший способ поддержать немецкие войска — это сломить моральный дух противника и тем самым вынудить крепость сдаться. Для этого, по его мнению, враг должен подвергаться постоянному давлению. Во время немецких артиллерийских обстрелов не надо прекращать авианалеты. При сильном артиллерийском огне самолеты должны были висеть над крепостью и вести бомбардировку.

Это предложение было также принято генерал-фельдмаршалом Манштейном. Для достижения этой цели фон Рихтгофен приказал большинству своих частей атаковать Севастополь после оказания поддержки наземным армейским частям. Для этих операций он отобрал:

две группы из KG51,

две группы из KG76,

III./LG1,

I., II. и III./StG77,

II. и III./JG77,

III. /JG3,

3.(H)/Aufkl.Gr.13.

Fliegerführer Süd должно было выполнять различные задачи на участках вне направления главного удара на Севастополь, чтобы ни в коем случае не допустить высадки советских десантов и не нарушать снабжение противника вдоль побережья.

Чтобы добиться нужного эффекта, необходимо было атаковать советские военно-морские силы на Черном море. Кроме того, приходилось совершать разведывательные вылеты и контролировать весь район от Феодосии — Новороссийска — Краснодара — Староминской — Ейска — Грамматикова на восток в направлении моря до 32-го градуса восточной долготы. Особое внимание уделялось разведке в районе Севастополя. Морские самолеты-разведчики были вооружены бомбами и торпедами, чтобы иметь возможность атаковать и уничтожать морские конвои противника.

Штурм Севастополя

Первый крупный воздушный налет на русские позиции должен был произойти южнее Wolf George — пункта на северо-востоке и юго-востоке Севастополя. Прежде всего удар был направлен на два сильно укрепленных поселка — Шаблинка и Базова. Этот налет должны были совершить три группы бомбардировщиков. Одну группу составляли две бомбардировочные эскадры — KG76 и KG100, а третью — StG77.

Ранним утром 2 июня 1942 г. сражение началось самой сильной массированной артподготовкой, когда-либо проводившейся на Восточном театре боевых действий. Опорные пункты советской обороны обстреливались сотнями батарей самого крупного калибра, а также огромными гаубицами.

Одновременно с этим удары наносили части 8-го авиакорпуса. Со своего передового командного пункта генерал-оберст фон Рихтгофен вел наблюдение и руководил действиями летчиков. С этого командного пункта можно было, поверх густого кустарника и леса, следить за действиями каждого бомбардировщика или «Штуки» и оценивать точность бомбометания. Благодаря этому можно было вводить новые поправки и давать указания, повышавшие точность попадания.

Чтобы иметь четкое представление и рассчитывать перспективу, фон Рихтгофен вновь и вновь запрашивал у атакующих групп и эскадрилий доклады об обстановке.

Сразу после заката солнца наступило короткое затишье. В течение ночи все самолеты в спешке готовились к возобновлению боевых действий. Они начались с первым проблеском зари 3 июня.

В течение этих налетов, длившихся по двадцать минут, сбрасывались тысячи бомб. Самолеты, участвовавшие в них, едва успевали набрать достаточную высоту до подлета к цели. Русская ПВО не действовала, немецкие истребители были не нужны.

В период со 2 по 6 июня части 8-го авиакорпуса выполнили: 723 боевых вылета — 2 июня, 643 — 3 июня, 505 — 4 июня, 555 — 5 июня и 563 — 6 июня[72].