Черный орден СС. История охранных отрядов

«Жесткая борьба за приоритет немецкого народного духа не может быть связана с какими-то там законами… Возможные методы несовместимы с существующими принципами… Нельзя допустить, чтобы польская интеллигенция возглавила польское общество… Очистить старые и новые имперские области от евреев, поляков и всякого сброда…»

Военные тут же отступились от своих прежних требований. Их поведение Гитлер предвидел, что подтвердило заявление генерал-полковника: фон Рундштедта о своей отставке, когда он узнал о назначении ультранациста Франка генерал-губернатором Польши.

Генералы настолько быстро свернули свои администрации, что новое управление даже не успело создать собственный аппарат. В результате возник «анархистский правовой вакуум» (по выражению Бросцата), в который не замедлил вторгнуться Гиммлер.

Не успели еще новые управленческие структуры взяться за работу, как над Польшей нависла сеть эсэсовского администрирования. Оперативные группы СС превратились в местные управления гестапо и СД, расположившись в каждом дистрикте. Кроме того, там же появились и управления полиции общественного порядка, батальоны которой также принимали участие в военной кампании.

Вся полнота власти находилась реально в руках высших руководителей СС и полиции, которым обе эти ветви непосредственно подчинялись. Должности руководителей управлений были введены в рейхе еще в 1937 году, но на них тогда возлагались лишь представительские функции в военных округах.

В польской колонии, не управлявшейся традиционной бюрократией, на них были уже возложены властные полномочия, которые носили политико-полицейский управленческий характер.

От них в значительной степени зависело, удастся ли Гиммлеру осуществить свою политику на Востоке. Поэтому он подобрал на эти должности энергичных, динамичных, но не слишком опасных для него самого функционеров. В округ «Висла» (Данциг) был назначен группенфюрер СС Рихард Хильдебрандт, старый боец, которого Гиммлер уже однажды снимал со всех должностей из-за стычек с гауляйтером Штрайхером; в округ «Варта» (Познань) — группенфюрер СС Вильгельм Коппе и в округ «Восток» (Краков) — обергруппенфюрер СС Фридрих Вильгельм Крюгер, педант и сплетник, проявивший себя как двурушник во время событий 30 июня 1934 года. Специально для них была создана группа помощников из числа офицеров СС и полиции, что гарантировало эсэсовскую интеграцию на провинциальном уровне.

Создание эсэсовско-полицейской системы на Востоке Гиммлер использовал для подкрепления своей претензии на руководящую роль в вопросах оккупационной политики рейха. Не вступая в контакт с вермахтом, он начал ликвидацию остатков рассеянных польских частей и создававшихся партизанских отрядов. А под прикрытием антипартизанской борьбы продолжил ликвидацию польских руководителей.

При этом проводились самые настоящие акции. Так, во время «чрезвычайной миротворческой акции» в феврале 1940 года было расстреляно 3500 поляков.

Гиммлеровские полицейско-эсэсовские подразделения стали присваивать себе права оккупационных войск, что вызвало недовольство генералов вермахта. Даже со всем всегда согласный Кейтель и фаталист Рундштедт, которым было наплевать на политическую политику на Востоке, возражали против покушения на монопольное положение вермахта как оккупационной армии. Как только генерал-полковник Иоханнес Бласковиц был назначен новым командующим немецкими войсками в Польше, эсэсовское руководство это сразу почувствовало. «Бласковиц в действительности чувствовал себя хозяином положения и считал себя вправе отдавать распоряжения и приказы», — охарактеризовал его бригадефюрер СС Бергер.

Вермахт обладал прочной позицией в генерал-губернаторстве: указом Гитлера на него было возложено право принятия необходимых мер в случае возникновения там каких-либо внутренних беспорядков. Вермахт контролировал транспорт и связь, а также важнейшие в военном отношении фабрики и заводы. Так что уступать свои права какому-то Гиммлеру командование вермахта не собиралось. Поводом для разрядки стал новый ликвидационный поход полиции безопасности и СС. И генерал Бласковиц начал первый и, пожалуй, единственный выпад вермахта против эсэсовских громил и убийц. «В истории немецких вооруженных сил ничего подобного не отмечалось», — прокомментировал это событие мюнхенский историк Хельмут Краузник.

Бласковиц распорядился собрать всю информацию об эсэсовских действиях в Польше и представил докладную записку главкому сухопутных войск. 18 ноября она лежала уже на письменном столе Гитлера. Капитан Энгель, адъютант Гитлера, записал тогда в своем дневнике: «Незаконные расстрелы, аресты и конфискации имущества, происходящие на глазах военнослужащих, вызывают беспокойство в отношении состояния дисциплины в войсках. Разговоры об этом с местным руководством СД и гестапо никаких результатов не дали, поскольку оно ссылается на указания рейхсфюрера СС. Необходимо восстановить законные порядки и проводить различного рода экзекуции только на основании легитимных решений и приговоров».