Черный орден СС. История охранных отрядов

Численность оперативных групп равнялась батальону. В их составе было (например, в оперативной группе А) гестаповцев — 9 %, сотрудников СД — 3,5 %, уголовной полиции — 4,1 %, полиции общественного порядка — 13,4 %, вспомогательной полиции — 8,8 % и солдат войск СС — 34 %, остальные — технический и административный персонал. Число личного состава в группах колебалось: в оперативной группе А — 990 человек, в оперативной группе Д — 500 человек. Каждая группа делилась на две части: по нескольку оперативных и спецкоманд. Оперативные команды насчитывали от 70 до 120 человек и были подчинены соответствующим армиям. Спецкоманды же имели численность порядка 20-30 человек.

В конце мая Гейдрих собрал всех командиров оперативных групп и начальников оперативных и спецкоманд (всего 120 человек) в пограничной школе Претч под Виттенбергом на Эльбе на совещание. Шел разговор о предстоящих военных действиях и расовом враге.

Оперативные группы и команды в оккупированных районах Советского Союза (по состоянию на ноябрь 1941 года)

Гейдрих начал постепенно, как говорится, закручивать гайки, проводя мировоззренческую индоктринизацию. Инструкторы главного управления имперской безопасности все определеннее настраивали личный состав оперативных групп на необходимость принятия мер в расовом вопросе. В середине июня все 3000 человек из состава оперативных групп были сосредоточены в районе городка Дюбен на Мульде. Перед построившимися в карре командами появился Гейдрих, который произнес речь. Он подчеркнул, что скоро от них потребуется необыкновенная выдержка и твердость.

Собрав через пару дней руководство оперативных групп в замке Претча, Гейдрих выражался уже более определенно. Штандартенфюрер СС Вальтер Блюме уже после войны рассказал о том, что Гейдрих тогда заявил: «Восточное еврейство является резервуаром большевизма и, по мнению фюрера, должно быть уничтожено». Олендорф же вспоминал, что Гейдрих передал им приказ фюрера: «Коммунистические функционеры и активисты, евреи, цыгане, саботажники и агенты, представляющие собой опасность для войск, должны быть выявлены и казнены без суда и следствия».

Попытался ли кто-либо из них опротестовать чудовищный приказ и отказаться повиноваться диктатору? Тот же Олендорф, хотя и высказался перед собравшимися против экзекуционных мероприятий, заявил, что считает своим долгом выполнять приказы правительства вне зависимости от того, являются ли они нравственными или же аморальными. Доктор юриспруденции Мартин Зандбергер, начальник оперативной команды 1а подверг критике приказ фюрера, посчитав его тем не менее «законным», поскольку Гитлер представлял верховную власть в государстве. Примерно в таком же духе аргументировал свое отношение к сказанному и Блюме, посчитавший, «что приказ фюрера указывает на характер предстоящей войны».

Так что фактически никто не протестовал и все послушно направились к местам назначений. 23 июня 1941 года, на следующий день после того, как Адольф Гитлер поджег факел войны против России, гейдриховские посланцы смерти уже приступили к своим действиям.

Советское еврейство было совершенно не готово принять на себя удар оперативных групп. Дело в том, что сталинская пресса почти ничего не сообщала о нацистской антиеврейской пропаганде. На Украине, например, жители ряда городов и сел восприняли гитлеровцев подобно солдатам кайзера 1918 года и приветствовали немцев как освободителей. Командир одной из спецкоманд, действовавших в Белоруссии, докладывал 12 июля 1941 года: «Бросается в глаза, что евреи плохо проинформированы о нашем к ним отношении».

Оперативные группы следовали по пятам наступавших войск, чтобы как можно лучше использовать эффект внезапности. Их основной целью были города, 90 % жителей которых составляли евреи. Довольно часто оперативные и спецкоманды появлялись в городах, где еще шли бои. В такие города, как Каунас, Елгава, Рига и Ревель (Таллинн) оперативные группы вступили одновременно с войсками. Их машины следовали за передовыми танками при взятии Житомира, а оперативная команда 4А стала орудовать в Киеве в день его падения (19 сентября 1941 года).

Таким образом, уже с первых дней начала действий оперативных групп жертвами их становились десятки тысяч мирных жителей. Гейдриховские палачи не гнушались никаких зверств. Цифры уничтоженных людей звучали в их докладах подобно количественным показателям производителей, скажем, холодильников.

В очередном донесении оперативной группы Д за номером 153, например, сообщалось: «Все населенные пункты в районе действий спецкоманд очищены от евреев. За отчетный период времени расстреляно 3176 евреев, 85 партизан, 12 грабителей и 122 коммунистических функционера. Общее их число составило 79 276 человек».