Черный орден СС. История охранных отрядов

Вскоре Гиммлер приступил к реорганизации вооруженных охранных отрядов, отдав 14 декабря 1934 года распоряжение о преобразовании подразделений политической готовности в батальоны и вхождении их в спецчасти. Хауссер должен был сыграть здесь центральную роль, научив эсэсовских солдат тому, чего у них не хватало, — дисциплине, послушанию, выучке и боевой готовности, то есть военным знаниям и умениям.

Новый наставник открыл в начале 1935 года юнкерскую эсэсовскую школу в брауншвейгском герцогском замке, в которой была начата подготовка молодых кадров — будущих командиров батальонов и полков эсэсовской армии. Это — вторая офицерская школа, поскольку первая начала действовать уже с 1 октября 1934 года. Ее основал бывший офицер рейхсвера Пауль Леттов в Бад Тёльце.

Хауссер понимал, что боеспособные части могут быть созданы только в том случае, если их подготовка будет опираться на опыт рейхсвера и его уставы и наставления.

В качестве преподавателей и воспитателей он привлек бывших офицеров полиции, отслуживших рейхсверовских фельдфебелей и молодых энтузиастов военного дела. Выпускники направлялись в отдельные батальоны, которые стали постепенно переформировываться в полки. В Мюнхене из трех батальонов сформировали 1-й эсэсовский полк «Германия» по образцу и подобию пехотных полков рейхсвера с соответствующим вооружением. В Гамбурге создан 2-й полк СС также трехбатальонного состава, лейбштандарт в Берлине был дополнен до моторизованного полка, а в Вене в 1938 году сформирован 3-й эсэсовский пехотный полк «Фюрер». Формирование спецподразделений приняло уже в 1936 году столь открытый характер, что 1 октября 1936 года бригадефюрер СС Хауссер был назначен инспектором (командующим) спецчастей.

Звучный титул скрывал, однако, то обстоятельство, что Хауссер не стал полновластным хозяином в собственном доме. Формально подчиняясь главному управлению СС, он создал что-то наподобие штаба дивизии для осуществления контроля за оснащением и подготовкой частей. Мелкие политические и военные князьки охранных отрядов вначале не хотели признавать авторитет Хауссера. Окружные фюреры СС неохотно расставались с правом контроля за вооруженными подразделениями, которые были ими когда-то созданы, Да и приказ Гиммлера от 17 сентября 1936 года гласил, что предстоящее образование предусматривает лишь вопросы подготовки и обучения частей, не затрагивая прав руководства округов СС в отношении расположенных на их территориях спецподразделений. Осторожный Хауссер смог лишь постепенно распространить свое влияние на округа.

Едва обеспечив свой тыл, он столкнулся, однако, с тем обстоятельством, что шеф лейбштандарта Дитрих не захотел, чтобы его инспектировал какой-то Хауссер. Даже Гиммлер не стал призывать его к порядку и издал распоряжение, по которому право инспектирования лейбштандарта он оставлял за собой, предоставляя инспектору возможность при сем присутствовать. На деле же власть «имперского Хайни» кончалась у ворот лихтерфельдской казармы.

Как-то, выйдя из себя, Гиммлер написал Дитриху:

«Дорогой Зепп, опять происходит что-то невероятное. Твой лейбштандарт представляет собой оторванную от всех организацию, в которой творится нечто невообразимое, а на приказы сверху не обращает никакого внимания».

Постоянные драки с солдатами вермахта, презрительное обращение к товарищам из других спецподразделений, самовольное вовлечение в лейбштандарт военнообязанных без согласования с вооруженными силами продолжались бесконечно, принося руководству СС постоянную головную боль. Начальник главного управления СС вынужден был обратиться к Гиммлеру. «Если лейбштандарт, — заявил он, — и далее будет пренебрежительно относиться к приказам и распоряжениям, можно ожидать больших неприятностей».

Гиммлер послал «3еппу» новое предупреждение: «Прощу тебя в последний раз прекратить непотребное. Не могу же я признаться вермахту, что не в состоянии призвать лейбштандарт к порядку и выполнению действующих для всех спецподразделений распоряжений и предписаний. И не собираюсь далее терпеть новых выходок лейбштандарта».

Хаусеер не стал связываться с Дитрихом, хотя «асфальтовым солдатам», как их пренебрежительно называли между собой в других спецподразделениях, военной подготовки явно не хватало. Да и проходившие почти беспрерывно парады и выходы на оцепления не оставляли времени даже на начальную военную подготовку. Только когда до Дитриха дошло, что никто его лейбштандарт не воспринимал всерьез, он разрешил Хауссеру появляться в подразделениях. В 1938 году Дитрих даже согласился на замену командиров батальонов и рот на офицеров из других спецчастей, которые постепенно стали наводить в лейбштандарте необходимый военный порядок.