Черный парусник

Серое пламя наклонилось вправо, выхватив из тьмы ажурные кусочки металла и разбитые синие стеклышки возле них. Это была заколка-бабочка, не призрачная, в которой хранились воспоминания Кейти о нем, а настоящая, та самая, которую он когда-то подарил Кейти, когда еще был жив, а потом сломал. Но что она делает здесь, на дне реки рядом с его останками? Он отлично помнил, как вложил сломанную заколку в руку Кейти перед тем, как… перед тем, как убить ее…

«Смотри, Флинн, твоя слабость привела тебя сюда», – проскрежетал все тот же незнакомый голос.

«Слабость? – с горечью прошептал Флинн. – Скорее глупость».

«И она тоже, – засмеялся голос. – Но всего этого не произошло бы, если бы ты принял меня. Из нас двоих – я должен быть главным».

Серое пламя вновь наклонилось, но уже к тому месту, где у скелета Флинна должен быть череп, но которого не было, потому что не так давно он своими руками похоронил его в парке под деревом. Черный песок на дне реки разошелся в стороны, и из-под него появился череп огромной рыбы с иглоподобными зубами. Он сросся с шейными позвонками на скелете Флинна и раскрыл пасть, после чего снова послышался голос, наполненный скрежетом:

«Так будет лучше для меня и для тебя».

«Хочешь занять мое место? Хочешь избавиться от меня?» – спросил Флинн, удивляясь собственному безразличию.

Почему-то слова демона Злобы не затронули в его душе ни единой струны. Ему вдруг стало абсолютно все равно, что с ним произойдет дальше.

«Нет, – возразил демон. – Без тебя не будет и меня. Я лишь хочу стать твоей броней. Ты будешь надевать меня каждый раз, когда этот мир захочет дать тебе пощечину, ударить, пронзить твое сердце. Я защищу тебя, подарю уверенность, силу».

«Силу? Разве я слаб?»

«Конечно, иначе бы ты так не страдал. Твои сомнения делают тебя слабым, твои принципы сковывают тебя, твоя человечность лишает тебя покоя. Без всего этого ты станешь свободным».

«Без всего этого я стану хуже дикого зверя, – вяло произнес Флинн, прикрыв веки: из-за света пламени у него заболели глаза. – Без морали человек перестает быть человеком».

Его тело наполнилось усталостью, и ему так захотелось прилечь на черный песок и уснуть, чтобы хотя бы во сне отдохнуть от проблем, непомерным грузом навалившихся на его плечи.

«Мораль придумали слабые, чтобы контролировать сильных, – засмеялся демон. Его челюсти забились друг о друга, издавая звук, похожий на звук трещотки. – Не делай этого, не делай того, иначе будешь гореть в вечном пламени душевных мук».

«Но разве это не так? Ведь за тяжкие грехи каждого ждет расплата на том свете. Я не хочу себе такой участи», – слабеющим голосом сказал Флинн.

«А-а-а, – понимающе протянул демон, – ты боишься расплаты после смерти. Да, простым людям от нее не сбежать, но если ты примешь меня, то тебя ждут бессмертие, свобода и безграничная власть над собственной жизнью и жизнями других. Разве это плохая сделка?» – спросил он с нарочитым лукавством.

Флинн хотел отказаться, всей душой хотел, но понимал, что должен согласиться на предложение демона. У Вселенной ведь осталось так мало времени, он больше не может оттягивать этот момент. Здесь и сейчас он впустит демона внутрь себя и даст ему разрастись. Здесь и сейчас Флинн принесет себя в жертву.

«Хорошо, – прошептал он, – пусть будет по-твоему».

«По-нашему, Флинн… – поправил его демон. И хоть у того не было губ, Флинн был уверен, что демон сейчас улыбается. – Отныне все будет только по-нашему».

Серый огонек снова потянулся к нему и, разветвившись, направился к его рту, глазам и ушам. Когда светящиеся потоки начали проникать в него, Флинн ничего не почувствовал. Он готовился к боли, но вместо этого ощутил душевную пустоту – страшную и необъятную. Казалось, что демон стремится не овладеть душой Флинна, а иссушить ее и, лишив всех эмоций, сделать из него безвольную куклу.

Когда же огонек полностью скрылся внутри него, он вновь оказался в темноте, полной мертвенной тишины, и тогда в его груди вспыхнуло ослепительное и обжигающее чувство – злость. Флинн почувствовал злость на весь этот мир. Почему он должен жертвовать собой ради него? Почему его жизнь стоит меньше, чем жизни всех остальных? Да пусть этот мир разрушится до основания! Ему-то какое дело?! Он совсем скоро станет бессмертным и сможет сидеть на развалинах мироздания и наблюдать за всем со стороны. Смех зазвенел в голове, и Флинн понял, что это смеется он сам.

«Да пропади все пропадом!» – крикнул он, и неизвестная сила подцепила его и, выудив из реки, бесцеремонно бросила на асфальт.