Черный парусник

Вамматар так низко склонилась над Тигмондом, что ее длинные лошадиные зубы едва не касались его груди.

– Ну, что скажешь? – спросил Граф Л. – Сможешь ему помочь?

– Сейчас увидим, – ответила Вамматар.

Она провела пальцем ото лба Тигмонда и до самых его ступней. Повторив это действие несколько раз, Вамматар замерла.

– Да… да… чувствую… вот здесь, – шепнула она.

Вамматар погрузила руку в его грудь, как будто в мягкий песок, и застыла. Огоньки в ее черепе погасли.

Флинн подумал, что владычица болезней просто решила вздремнуть в самый неподходящий момент, потому что ровным счетом ничего не происходило. Она долгое время стояла все в той же позе, и огоньки в ее глазницах все никак не зажигались.

– Слушай, мне кажется, что Вамматар уснула, – поделился он своими мыслями с Хольдой.

– Разве можно спать стоя? – с недоумением покосившись на него, прошептала она.

– Ну, она же частично лошадь, а я слышал, что они способны на такое, – слегка пожав плечами, проговорил он.

Хольда цокнула языком и раздраженно процедила:

– Флинн, если в следующий раз захочешь сказать глупость, умоляю тебя, сдержись, иначе не сдержусь я.

Почувствовав в ее словах реальную угрозу, он умолк.

«Нет, она не с-с-спит, – отозвался Шешан в его голове. – Вамматар собирает всю с-с-скверну, которая накопилась в теле Тигмонда. Ее невероятно много, поэтому все так затянулось. Если она оставит хотя бы каплю, то душа Тигмонда рано или поздно все равно рас-с-створится».

«А почему она вообще помогает? – поинтересовался Флинн. Этот вопрос мучил его с того самого момента, как он увидел Вамматар в дверях этого кабинета. – Она же дух болезней и вроде как должна, наоборот, всячески вредить людям».

«Болез-з-зни вредят лишь живым, но Тигмонд ведь мертв, поэтому она мож-ж-жет помочь ему».

«И все равно я никак не пойму: почему Граф Л ничего не смог сделать? Почему только Вамматар в состоянии помочь?»

«Потому что подобное притягивает подобное, – пояснил змей. – С-с-скверна – это, можно сказать, болезнь душ-ш-ши».

«А откуда она берется? Это что-то вроде слюны или желудочного сока Лимба?» – спросил Флинн, понимая, что эти предположения звучат странно, но менее странных в его голове не нашлось.

«Нет, с-с-скверна – это то, во что превращаются души после того, как растворятс-с-ся в Лимбе, – прошипел Шешан. – Это зло в чистом виде».

Огоньки в черепе Вамматар зажглись, как зажигаются фонари после заката. Выпрямившись, она попыталась достать руку из груди Тигмонда, но не сумела.

– Какая же ты упрямая. Не брыкайся, – сказала Вамматар, и огоньки в ее глазницах стали настолько большими, что целиком заполнили их.

Она опустила вторую руку в его грудь, и послышался истошный вой. Тигмонд, не приходя в сознание, открыл рот, и из него выползло нечто похожее на паука, но только без головы: лишь маленькое треугольное брюшко и куча длинных ног.

– Ах, ты все же решила сбежать. Не выйдет, – строго произнесла Вамматар.

Она схватила существо обеими руками и сжала так сильно, что раздался хруст, сопровождаемый жалобным писком.

Внезапно все вокруг заходило ходуном, будто началось землетрясение. От того места, где стояла Вамматар, пошли разломы. Какая-то сила пыталась разорвать кабинет на части: широкие трещины кромсали пол, стены и даже разрисованный потолок.

Флинн чуть не упал, но Хольда успела подхватить его под руку и помогла устоять на ногах. Граф Л же с полным безразличием наблюдал за происходящим, словно ему было абсолютно плевать на то, что его кабинет разваливается на части.

– Ну же, успокойся, ты сделаешь хуже только себе, – проговорила Вамматар.

Она сильнее сжала темные руки, не отрывая от них глаз-огоньков. Последний писк был настолько долгим и пронзительным, что Флинн невольно зажал уши. Затем он почувствовал толчок, после которого все трещины сомкнулись: казалось, что кто-то склеил кабинет, как разбитую вазу, и так умело, что и следов не осталось.

– Вот. Собрала все – до последней капли. – Вамматар протянула раскрытую ладонь Графу Л.

Сначала Флинн решил, что она пустая, но, присмотревшись, увидел глянцевый черный камень треугольной формы.

– Отлично! – с восторгом произнес Граф Л. – Это то, чего мне как раз не хватало!

– Тебе не хватало кусочка чистого зла? – хмыкнул Флинн, не понимая причин для радости.

– Именно! – кивнул Граф Л. – А как мы, по-твоему, из тебя одержимого сделаем? С помощью волшебства? А вот ни черта подобного! Нам в этом поможет только чистое зло.

<p>4 Самая яркая во тьме</p>

Как только Вамматар ушла, Граф Л поднял Тигмонда на руки и понес в его комнату; Хольда тенью последовала за ним. Флинн остался в полном одиночестве и уже намеревался отправиться в свою комнату, чтобы наконец-то нормально выспаться, но его планам не суждено было осуществиться: дверь кабинета захлопнулась, и на ней появилась сияющая надпись:

«Забыл сказать: никуда не уходи, мне нужно с тобой кое о чем поговорить. Граф Л».

– Че-е-ерт, – утомленно протянул Флинн и развернулся.