Честь по сходной цене (СИ)

Итак, нужно выручать Илью. Попытаться самой добыть какие-то сведения, которые укажут, кто настоящий убийца. То есть - провести собственное расследование. Звучало просто шикарно, а вот насчет реальности такого плана можно было поспорить. И именно это собиралась сделать Дашка. Но вот как правильно подступиться к делу?

Она бросила в бокал две ложки растворимого кофе, залила их кипятком и задумалась. Еще в детстве она мечтала стать человеком какой-нибудь неординарной профессии. В то время, когда сверстницы хвастались, у кого больше кукол и нарядов для них, она уже мечтала о том, как будет щелкать сложные логические задачи, незаметно отыскивать слабые места противника и строить комбинации, ни одна из которых не провалится. Дашка знала, что для этого необходимо собирать материалы, а если поконкретней - компрометирующие материалы. И когда ей было четырнадцать, она начала этот нелегкий труд. Аккуратно расчертив тетрадку на графы, Дашка для начала собрала в ней сведения о своем классе. В начале тетрадки значились фамилии соучениц, и напротив каждой из них было написано что-нибудь вроде "целка" или "не целка, работа такого-то". Увы, никто тогда не понял благородной цели Дашкиных устремлений. Однажды тетрадка была найдена родителями, пришедшими в неописуемый ужас. Никто не объяснил им, что Дашкина игра ничуть не хуже, хотя и не лучше какой-нибудь пионерской "Зарницы". Позже Дашка старалась тщательно скрывать свою "подпольную деятельность", но её нервы ещё не успели привыкнуть к разного рода волнениям, и это подвело её во второй раз.

Дашка не любила проводить лето у бабушки на даче. В городе её ждали верные друзья (те самые, на которых она так усердно собирала "компромат" чуть раньше), рискованные приключения и прочие прелести жизни. На дачу она отправлялась с тем настроением, с каким иные вольнодумцы уезжали в ссылку. В один прекрасный день Дашкино терпение лопнуло. Бабушка запретила ей ехать на рок-фестиваль, который должен был состояться в подмосковном городке. Позавтракав, Дашка поднялась по бревенчатой лесенке на второй этаж и раскрыла свой дневник на чистой странице. Она часто поступала так, желая привести свои мысли в порядок. На бумаге всегда четко вырисовывались недостатки любого плана.

Дашка старательно выводила все ещё по-детски округлым почерком: "За обедом необходимо вести себя с бабушкой как ни в чем не бывало, чтобы она ничего не заподозрила. Потом нужно продолжать улыбаться и, может быть, даже прополоть грядку, - последние слова Дашка добавила с глубоким вздохом. Сельское хозяйство всегда вызывало у неё жуткую тоску. - Потом нужно будет выбрать благоприятный момент. Если бабушка увидит, что я ухожу, и спросит куда, скажу - в магазин. Она же сама говорила, что у нас чай заканчивается". Великолепному плану не суждено было сбыться, потому что от волнения Дашка не спрятала свой дневник, как делала это обычно, в самый дальний уголок ящика стола - под кипу старых журналов. Он был обнаружен сразу после того, как Дашка отправилась на автобусную остановку, чтобы затем попасть на станцию. Больше всего бабушку возмутили слова о возможной прополке. Впрочем, Дашка не очень-то огорчалась, что все так вышло. Ведь бабушка категорически отказалась брать её к себе на дачу, и можно было, выслушав родительские нотации, воссоединиться с друзьями. Из этого случая Дашка сделала ещё один важный вывод: последствия любых рискованных действий сложно предсказать заранее. Вот она, например, просто хотела съездить на фестиваль, а неожиданно получила то, чего тщетно добивалась раньше, свободу, как она её себе представляла.

Что означало "самой начать расследование"? Ведь у Дашки, разумеется, не было никаких полномочий не то, что государственных органов, но и хотя бы лицензии частного детектива. Пока не было, хотя она и рассчитывала довольно скоро получить все права сотрудника городской прокуратуры, в одном из подразделений которой проходила преддипломную практику. Но спасать Илью нужно было именно сейчас! У Дашки имелись подделки удостоверений, но в последнее время население становится все более грамотным в плане "корочек", и Дашка это хорошо усвоила. Вздохнув, она признала риск неоправданным. Значит, оставалось опираться на помощь друзей и знакомых. Дашка не спеша перебирала в памяти всех, кто мог хоть чем-нибудь ей помочь. По принципу "с паршивой овцы..." И вдруг Дашка вспомнила об одном милом молодом человеке, с которым недавно познакомилась на вечеринке своей институтской приятельницы. Весь вечер (ужасно нудный) он развлекал её рассказами о своей работе. Молодого человека звали Вадимом, и работал он в газете корреспондентом.