Четыре покойника и одна свадьба

Игорь был близок с Леной. Об этом говорит открытка, подписанная его именем. Фотография маленького Игоря с датой его рождения. И показания Пупсика, которая описала любовника Ленки как невысокого щуплого блондинчика, а Игорь такой и есть. О том, как выглядит Игорь в деталях, давала представление фотография из дома Нины Ивановны – третьей жертвы убийцы. С ней Игорь тоже успел порядком засветиться.

И впервые с того момента, как Вася заподозрил в убийствах сына Осинкина, у Васи мелькнула мыслишка, а не многовато ли улик собралось против Игоря? Но с другой стороны, улики – они на то и улики, чтобы их собирать. И количество собранных улик напрямую зависит от мастерства сыщика. Так и у хорошего грибника в корзине полно крепеньких грибочков – и беленьких, и красненьких. А у другого вернувшегося из леса горемыки на всю корзину один завалящий мухомор да десяток сыроежек. Но самого себя Вася считал нынче очень даже хорошим грибником, то есть, тьфу, сыщиком.

Вася уже знал, на каком кладбище ему следует искать Игоря еще до того, как ему об этом сказала свидетельница Тамара. Конечно, на Пороховском. И в этом была еще одна заноза, крепко сидевшая в душе у Васи. Именно на Пороховское кладбище ездила ночью его Иринка. И нетрудно понять, что ездила она не для того, чтобы поплакать на могилке дорогого мужа, это она могла сделать и днем без всякой таинственности. Нет, встревоженная, она ездила на кладбище ночью для тайной встречи с Игорем.

С тем самым Игорем, который ей звонил, который любовник Ленки – Гарик и который по совместительству еще и убийца самого Осинкина старшего, Лены, Отара Ревазовича и Нины Ивановны.

– Уф! – вытер Вася выступившую на лбу испарину. – Неужели Иринка его сообщница? Неужели она знала о планах сумасшедшего? А вдруг это она и подговорила Игоря убить Осинкина?

Но справедливости ради надо сказать, что такие мысли крутились в голове у Васи ровно полминуты. И уже в следующие тридцать секунд он усовестился своих подозрений и отказался от них.

– Нет, Иринка не могла знать о планах Игоря! И тем более не могла в них участвовать. И убийства Осинкина она не затевала. Это все Игорь… сам.

И так как мозг требовал помимо эмоций еще и хотя бы каких-то логических обоснований, Вася продолжал размышлять:

– Зачем Иринке желать смерти мужу? Чтобы обрести свободу? Но развестись с ним она всегда могла и так. А если предположить, что она не хотела потерять наследство, так ведь и наследства-то никакого она фактически не получила. И о том, что дела у мужа с бизнесом очень плохи, она, оказывается, догадывалась.

Вот Ленка ничего не знала, для нее разорение отца стало шоком. Вася тоже не знал, оно и понятно, кто же его – новичка в семье стал бы посвящать в такие деликатные проблемы, как грядущее банкротство главы семейства. А вот Иринка на правах жены все знала, верней, догадывалась. От любимой жены у Осинкина секретов не было. Может, напрямую он ей ничего и не говорил, но Иринка была не дурочка. Где-то что-то слышала, сопоставила, проанализировала. И поняла, дела у мужа обстоят из рук вон плохо. Попросту говоря, он разорен и ловить с ним больше нечего.

Но убивать мужа именно в тот момент, когда дела его на грани, резона никакого нету, большого барыша с банкрота не получишь. А живой он, глядишь, еще и сумеет поправить свои дела. Кто же режет тощего барана? Сперва ему надо дать откормиться, потучнеть, тогда можно и за нож хвататься и в данном случае за пистолет или яд.

И снова, подумав про этот яд, который щедро сыпал направо и налево душевнобольной Игорь, сыщик услышал, как в голове у него дребезжит какой-то тревожный звоночек. Мол, не туда сворачиваешь, парень. В другом направлении, давай, смотри.

Но в этот момент Вася уже вылез из такси напротив входа на кладбище. И прислушиваться к разным там звоночкам ему было элементарно некогда да и не хотелось. Все ведь было так складно, так продуманно. А звоночек позвонил себе еще немножко, позвонил да и, поняв, что никто его не слышит, утих. А Вася с приятным чувством охотника, загнавшего наконец зверя, двинулся вперед.

Сегодня ворота были открыты. Еще бы, день, и кладбище работало для приема как визитеров, так и постоянных своих обитателей. Но Васе был нужен ночной сторож. Он прямо так и сказал первому из работников, кто попался ему на пути.

– Гарик-то? Не знаю, где он сейчас. Его смена – ночная. Может, отсыпается, днем имеет право. Может, ушел куда. Я его сегодня и не видел еще.

– Где же мне его искать?

– Спросите там.

И мужчина махнул в сторону домика администрации, куда Вася и так собирался заглянуть. Он дошел до домика, который до того видел лишь в темноте. Что и говорить, ночью это строение производило куда более тягостное и мрачное впечатление. При свете дня все зловещие тени разлетелись, осталось лишь приземистое кирпичное строение с крышей, местами ржавой.

Без малейшего колебания Вася зашел внутрь и спросил Гарика.

– Вам не сюда, – покачал головой пожилой мужчина, сидящий за столом. – Выйдите и обогните здание. Дверь сторожки находится там.