Чингисхан. Великий завоеватель

Попечение и намерение мое состоит в том, чтобы услаждать их рот пожалованием сладкого сахара, украшать перед, зад и плечи их парчовыми одеждами, посадить их на хороших меринов, напоить их из чистых и вкусных рек, соблаговолять их четвероногим хорошие и обильные травою места, приказывать удалять с больших дорог и путей, которые служат путями для народа, сор, сучья и все вредное; и не допускать расти в юрте комочкам и терну».

23. Если из нашего рода кто-либо попустит вопреки утвержденному ясаку один раз, пусть его усовещивают словом; если сделает вопреки два раза, пусть действуют на него красноречием; в третий раз же пусть пошлют его в отдаленное место (ссылка) Балджиюн-Хальджур. Когда он сходит туда и возвратится — он будет внимателен. Если же он не образумится, пусть посадят его в оковы и тюрьму. Если выйдет оттуда добронравным и образумившимся, — очень хорошо: в противном случае пусть соберутся все родственники, составят общее совещание и положат, что с ним делать.

24. (См. с. 69).

25. (См. с. 70), где ошибочно указана ст. 24).

26. Когда он послал Мукали-Го-вана с войском в Нанкиясу (Китай) и тот, взяв 72 крепости той страны, отправил посла на служение к Чингисхану с извещением о своих завоеваниях и спрашивал, будет ли позволение возвратиться или нет, то последовало пове

27. ление ярлыка, чтобы не останавливаться до тех пор, пока не возьмет других крепостей. По возвращении посла Мукали-Го-ван спросил: «Когда ты пришел на служение к Чингисхану и доложил речь, что он сделал?» Тот сказал: «Он сжал большой палец». Мукали-Го-ван спросил: «Мне также положил палец?» Ответ: «Положил». Мукали сказал: «Посему не напрасно я до самой смерти служу и оказываю совершенное старание и усердие». Еще спросил: «Другому кому положил палец?» — Положить палец — знак повышения в заслугах. — Посол ответил: «Он положил палец Бурджи, Бургулу, Хубилаю, Джилогену, Хараджару, Джадаю, Бадаю и Кишлыку, всем им, и (Чингисхан) сказал: «Все они позади и впереди меня служили искусно, помощью и пособиями, хорошо пускали стрелы, держали в поводу заводных лошадей, ловчих птиц на руке и охотничьих собак в тороках».

28. Однажды Бала-Халаджа, бывший из почтенных беков, спросил у него (Чингисхана): «Тебя называют господином могущества и богатырем: что видно на руке твоей из знаков завоевания и победы?» Чингисхан соблаговолил ответить: «Прежде того и т. д.[228] (см. с. 48).

29. Однажды я ехал с Бурджи. Двенадцать человек на вершине горного хребта сидели в засаде. Бурджи ехал сзади. Я не дождался его и, понадеявшись на силу и мощь свою, кинулся в атаку на них. Все они двенадцать вдруг пустили стрелы, и со всех сторон около меня летели стрелы, а я шел в атаку, как вдруг одна стрела попала мне в рот. Я упал и от сильной раны впал в беспамятство. В ту пору Бурджи прибыл и увидел меня, что я от раны подобно человеку, находящемуся в агонии, дрыгаю ногами по земле и катаюсь как шар. Тотчас он нагрел воды и принес. Я выполоскал горло и выплюнул запекшуюся кровь. Ушедшая душа опять пришла к телу: обнаружилось чувство и движения. Я встал и кинулся в атаку. Они испугались моей крепости, бросились с той горы вниз и отдали душу. Причина тарханства[229] Бурджи-нойона есть та, что в такое время он оказал похвальное старание.

30. Чингисхан в молодости одним ранним утром встал со сна. Несколько темных волос в локонах его побелели. Собрание приближенных спросило: «О Государь! Твой юношеский возраст счастливый, ты еще не достиг начала старости. Каким же образом явилась седина в твоих локонах?» Он сказал в ответ: «Так как Всевышний Господь восхотел сделать меня старшим и вождем тьмы и тысяч, водрузить чрез меня знамя благоденствия, то и явил на мне знак старости, который есть знак старшинства».

31. Однажды Чингисхан спросил у Бурджи-нойона, который был главой беков: «Наслаждение и ликование человека в чем состоит?» Бурджи сказал: «Состоит в том, чтобы человеку, взяв на руку своего сокола синецветного, который питался керкесом и зимой переменил перья, и сев на хорошего мерина откормленного, охотиться ранней весной за синеголовыми птицами и одеваться в хорошие платья и одежды». Чингисхан сказал Бургулу: «Ты скажешь также».

Бургул сказал: «Наслаждение состоит в том, чтобы животные, подобные кречету, летали над журавлями, пока не низвергнут их с воздуха ранами когтей и не возьмут их».

После того спросил также у детей Хубилая, — они ответили: «Блаженство человека состоит в охоте и в умении заставить (по своему желанию) птиц летать». Тогда Чингисхан ответил: «Вы (все) нехорошо сказали. Наслаждение и блаженство человека состоит в том, чтобы подавить возмутившегося и победить врага, вырвать его из корня, взять то, что он имеет (самого дорогого), заставить вопить служителей их, заставить течь слезы по лицу и носу их, сидеть на их приятно идущих жирных меринах, любоваться розовыми щечками их жен и целовать, и сладкие алые губы — сосать».

II. ДЖАСАК

Дошедшие до нас фрагменты «Джасака» гласят следующее:[230]