Чингисхан. Великий завоеватель

Тогда сельджукский султан Рукнедин как вассал монгольского императора обратился с просьбой об освобождении брата его из византийского плена в Царьграде к всесильному кипчакскому, т. е. золотоордынскому хану Берку. Такие же просьбы Берка-хан получил и от египетского султана Байбарса, на что Берка-хан согласился и послал свои войска под командой темника князя Ногая против Византии для освобождения ех-султана Изедина, бывшего вассала монгольского императора.

Монголо-болгарские войска под общей командой темника князя Ногая внезапно напали на войска византийского императора Палеолога VIII, который был принужден без свиты, бросив деморализовавшиеся свои войска, спасаться бегством в село Ганос на берегу Мраморного моря, а оттуда на лодке в Царьград.

Сельджукский экс-султан Изедин, находившийся при императоре с частью его свиты и императорской казной, заперся в крепости Енос в устье реки Марицы. Монголо-болгарские войска осадили тогда крепость и потребовали выдачи ех-султана Изедина со свитой, что и было исполнено, после чего осада крепости была снята.[281] Монголо-болгары тогда опустошили Фракию и отступили.

Темник князь Ногай, победитель Византии, зимой 1264–1265 года послал освобожденного экс-султана с 10 000 турецкими пленными из Добруджи под командой Саря-Салтыка к Берка-хану в Сарай на Волге.

Очевидно, после этой победы князь Ногай взял себе в жены дочь византийского императора Михаила Палеолога Ефросинью, вероятно, на правах победителя.

По данным арабских историков Рукнедина, Байбарса и Елмуфадала Берка-хан перед своей смертью послал под командой князя Ногая, войска для взятия Царьграда и освобождения ex-султана Изедина. Другие мусульманские историки — Енувейри, ел-Макризи, Мустафа ел-Дженаби, Абулфеда — освобождение Изедина приписывают не Берка-хану, а его наследнику Мёнкэ-Тимуру.

Эти совместные действия против Византии монголов и болгар доцент Ников объясняет тем, что в то время Болгария была под суверенитетом монгольского императора, тем более что болгарский царь Константин был настолько слаб, а кипчакский хан настолько силен, что последний без борьбы не отказался бы от своей власти над Болгарией, в то время как царь Константин как помощник князя Ногая не имел заметных своих целей.

После смерти сильного Берка-хана, в особенности его наследника Мёнкэ-Тимура, появились в Золотой Орде несогласия, раздоры вследствие ослабления центральной власти в Монголии. В это время особенно поднялся авторитет полководца князя Ногая из рода великого Чингисхана, племянника Берка-хана.

Своим талантом как военным, так и дипломатическим, как полководец и победитель Византии князь Ногай добился громадного влияния в Кипчакском золотоордынском ханстве. Князь Ногай был полузависимым наместником Причерноморья от устья Дуная до реки Днепр в Южной Руси, также Болгарии и Молдавии.

Внугренние несогласия в Кипчакском ханстве и монгольской империи вообще способствовали сепаратистским и честолюбивым стремлениям умного и властолюбивого князя Ногая. Его власть особенно усилилась после Мёнкэ-Тимура. Он ставил и сваливал ханов в Сарае в устье Волги, следовательно, он в Кипчакском ханстве был сильнее самого золотоордынского хана, потому и его влияние на Балканы было особенно сильно. Князь Ногай, женатый на дочери византийского императора Михаила Палеолога, был сильным фактором в международных отношениях Монголии, Византии и Балканских государств.

Князь Ногай со своими войсками помог впоследствии своему тестю Михаилу Палеологу против болгарского царя Константина в 1271, 1277 и 1278 годах. По Византии тогда свободно ходили монгольские отряды, повествует Пахимер.[282]

С увеличением в Кипчакском царстве влияния князя Ногая увеличивалось и его влияние на Балканы, в особенности на Болгарию, хотя он не был ханом, а только его наместником. В 90-х годах XIII века князь Ногай становится особенно агрессивным, под его власть подпадали одно за другим следующие царства Балканского государства: Тырновское (Болгарское) царство, независимые княжества Видинское и Браничевское, а затем Сербское королевство.

Всесильный князь Ногай давал свое «благословение» на восшествие на Тырновский[283] престол болгарским царям. В особенности сильно было его влияние при царе Тертерии I, когда последний отдал свою дочь за сына Ногая Чока, а своего сына Светислава был принужден послать в ставку князя Ногая как заложника, в знак верности, как это было принято монгольскими ханами по отношению к вассалам — русским великим князьям, болгарским царям и, как увидим далее, сербскому королю Милютину.

Подчинение более сильного Тырновского (Болгарского) царства оказало действие на подчинение уже без всякого сопротивления более слабых соседних ему малых княжеств Видинского и Браничевского, которые с 1280 года подпали под могучее покровительство князя Ногая, следовательно Монгольской империи.