Что-то не так с Гэлвинами. Идеальная семья, разрушенная безумием

Дональд откровенно рассказал Паттерсону, насколько плохо обстояли дела в последнее время. Джин не устраивало, что по большей части муж ведет себя отчужденно, а когда это не так – откровенно пугающе. Если раньше именно она отказывала ему в сексе, то теперь уже Дональд соглашался на секс только по ее просьбе, примерно раз в неделю. Они питались отдельно друг от друга и спали в разных комнатах. Дональд признавал, что мог быть чересчур безразличен и иногда выглядел пугающе, но теперь слишком поздно. Судя по всему, муж надоел Джин. Получив стипендию на обучение в аспирантуре Университета штата Орегон, она обрела финансовую независимость от Дональда. «То есть супружеские отношения из рук вон плохие, каждый идет своим путем», – написал Паттерсон.

Каким бы уравновешенным ни выглядел Дональд, доктор Паттерсон был осведомлен о его визитах к психиатрам, начиная с эпизода с прыжком в костер. Он даже припомнил, что как-то видел результаты пройденного Дональдом теста Роршаха, которые показались ему «довольно патологическими». В тот июньский день психиатр решил пойти со своим пациентом немного дальше и продвинуться от насущной темы брака к более подробному разговору о нем самом. Вскоре их беседа превратилась в полноценный сеанс психотерапии. Дональд рассказал врачу, что вот уже много лет является не самим собой, а отражением того, что хотят видеть в нем окружающие. Он сообщил, что постоянно следит за выражением лиц, жестами и словами людей, чтобы уловить, как лучше всего реагировать на них. Дональд назвал свой безумный прыжок в костер мольбой о внимании к себе и признался, что очень много врал на психиатрических обследованиях. Он рассказал, что в последнее время увлекается восточной философией, постится четыре дня в неделю и гордится тем, что сбросил вес до семидесяти килограмм. Все это не впечатлило врача. При всем изобилии восточных терминов, которыми так и сыпал Дональд, в глазах доктора он выглядел неубедительным – не откровенно фальшивым, но в то же время и не совсем искренним. Время от времени Паттерсону казалось, что Дональд едва сдерживается, чтобы не разрыдаться.

Психиатр пришел к выводу, что, хотя в прошлом в поведении Дональда присутствовали элементы параноидной шизофрении и даже «очень дикие и агрессивные поступки», в данный момент его состояние не настолько запущено. В своих записях он указывает: «Налицо хороший контакт с реальной действительностью. Пациент уклончив и, по всей вероятности, избегает вступать в близкие отношения… У него низкая фрустрационная толерантность, и он легко срывается в общении с людьми или в ситуациях, которые представляются ему опасными». Паттерсон предположил, что такое сдерживание своих эмоций может быть результатом слишком давно подавляемых желаний и потребностей – вывод, странным образом едва ли не прямо обвиняющий Джин в проблемах Дональда: «Он уступал ее нуждам и потребностям и подавлял собственные чувства настолько жестко и давно, что теперь ему стало трудно выражать свои эмоции».

Заканчивая сеанс, Паттерсон пригласил пациента вернуться на следующий день, чтобы продолжить разговор. Дональд так и сделал и, появившись в кабинете врача в следующий раз, выглядел буквально преобразившимся – беззаботным и даже счастливым. Он рассказал, что у него с Джин состоялся разговор и, узнав, что муж посещает психиатра, она отменила назначенный срок своего ухода. Они даже поужинали в ресторане и договорились попробовать семейную психотерапию.

Это была обнадеживающая новость, и Паттерсон подумал, что, раз уж теперь он нужен Дональду, то может попросить его кое о чем. Доктор сказал, что готов позаниматься семейной психотерапией с Дональдом при условии, что тот разрешит ему ознакомиться с историей его заболевания и лечения.

Дональд немного помрачнел. Он сказал врачу, что не верит в психологические тесты, и считает свои результаты ошибочными, и вообще не уверен, что от изучения его истории болезни возникнет какая-то польза.

«Без этого психотерапия будет затруднена. Как обойти возражения и выйти на контакт с ним?» – написал Паттерсон.

Уходя от психиатра, Дональд с опаской согласился взять с собой письменный личностный тест.

ДОПОЛНИТЕ ЭТИ ФРАЗЫ ТЕМ, ЧТО СООТВЕТСТВУЕТ ВАШИМ ПОДЛИННЫМ ЧУВСТВАМ. ПОСТАРАЙТЕСЬ ЗАКОНЧИТЬ КАЖДУЮ ИЗ НИХ. ОБЯЗАТЕЛЬНО ПИШИТЕ ПОЛНЫМИ ПРЕДЛОЖЕНИЯМИ.

МНЕ НРАВИТСЯ: соколиная охота, секс, плавание, путешествия, лыжи. Общение.

РОДНЫЕ МЕСТА: в них хорошо приезжать погостить ненадолго.

МУЖЧИНЫ: должны мыслить более гибко.

МАТЬ: должна быть небезразличной к развитию своих детей.

Я ОЩУЩАЮ: напряжение.

Я БОЛЬШЕ ВСЕГО БОЮСЬ: не сделать то, чего хотел изначально.

УЧЕБА: лучшие годы в жизни человека.

Я НЕ МОГУ: сказать «Я бросаю».

СПОРТ: воспитывает характер.

КОГДА Я БЫЛ РЕБЕНКОМ: я им и остаюсь.