Чтобы ребенок не был трудным

За Джеком Лондоном последовали Сетон-Томпсон и Даррел. От них удалось перекинуть мостик к фантастике. Им, этим мостиком, послужил «Затерянный мир» Конан Дойла — фантастическое произведение, в котором, в частности, речь идет о доисторических животных. А от фантастики уже нетрудно было перейти к историческим романам. Опять же по мостику, которым на сей раз стал роман братьев Стругацких «Трудно быть богом». В нём, как Вы помните, герой из будущего попадает в средневековье. Теперь Коля читает очень много и часто уже сам рвётся прочесть маме вслух что-то, по его мнению, особенно выдающееся.

Глава 31. Круг детского чтения

Пожалуй, на наших книжных прилавках никогда не было такого разнообразия детской литературы, как сейчас. Тут и русская классика, и зарубежная, и сказки, и приключения, и фантастика!

Родители, которые серьезно относятся к воспитанию детей, естественно, стараются им побольше читать, понимая, что художественная литература оказывает на душу ребенка огромное влияние.

Но не все задумываются над тем, что далеко не любое влияние бывает положительным. Книга может подействовать на человека просветляюще, а может ввергнуть его во мрак, вселить в него чувство ужаса и безысходности. Если это применимо ко взрослым людям, то уж к детям тем более. Так что при выборе детских книжек не поленитесь лишний раз освежить в памяти их содержание. Особенно если ваш ребенок робкий, впечатлительный — а таких сейчас достаточно много. За последние годы в нашей стране число детей, страдающих сильными, даже патологическими страхами, удвоилось. И мир вокруг нас, и современное искусство, и компьютерные игры — все заряжено агрессией, поэтому не удивительно, что детям в такой реальности неуютно и они очень многого боятся.

Какие выбирать сказки?

Впечатлительным детям не стоит рано читать страшные сказки типа «Карлика Носа» Гауфа или грустные вроде «Девочки со спичками» или «Русалочки» Андерсена.

Народные сказки, в том числе и русские, должны быть литературно обработаны, причем именно для детей, поскольку в оригинальном варианте слишком много архаической жестокости.

Еще более осторожно следует подходить к легендам и мифам. Их лучше оставить лет до 9-11, а в дошкольном возрасте читать побольше веселых произведений наших и зарубежных классиков детской литературы.

Во-первых, потому что смех — действенное лекарство от страха. Люди знали это еще в глубокой древности. У некоторых племен до сих пор бытует обычай заклинать смехом злых духов, а у колумбийских индейцев даже принято смеяться во время похорон. (К чему я вас, естественно, не призываю!)

Вы, наверное, обращали внимание на то, что испуганный ребенок напряжен, как натянутая струна. Смех снимает это напряжение, помогает переключить внимание малыша, служит заградительным барьером между ним и страшными образами.

Ну, и во-вторых, «Чиполлино», «Винни-Пух», «Буратино», «Пеппи Длинный Чулок», книги Носова, Успенского, Рыбакова, Маршака, Михалкова и других прекрасных авторов не только развлекают, но и многому учат. В том числе и смелости. А в «Приключениях желтого чемоданчика» С. Прокофьевой тема обретения смелости вообще ведущая.

Сейчас можно порой услышать, что до революции дети слышали сказки как раз в неприглаженном, архаическом варианте. И — ничего, привыкали к «суровой правде жизни». Но авторы тех времен свидетельствуют об обратном. «Конечно, неуместно читать детям сказки, где есть ЧТО-ЛИБО ПУГАЮЩЕЕ, КАКИЕ-ЛИБО СТРАШНЫЕ ОБРАЗЫ» <выделение мое — Т. Ш.>, — писал больше ста лет назад, в 1876 году педагог В. Сиповский.

А ведь в середине XIX века у детей было неизмеримо меньше страшных впечатлений. Одни новости по телевизору, которые каждый день смотрят взрослые, чего стоят! Крупным планом показываются изуродованные трупы, в красках расписывается, где что взорвалось, сгорело, потонуло… По признанию самих телевизионщиков, в новостях примерно 70 % негативной информации и лишь 30 % — позитивной. Да и ту они умудряются подавать так, что положительный эффект нередко сходит на нет. А компьютерные игры? А бьющая по нервам уличная реклама, которую на профессиональном жаргоне так прямо и называют «агрессивной», поскольку она не предлагает, а навязывает потребителям товары, влияя на подсознание? А жуткие, садистские заголовки, которыми пестрит нынешняя пресса? А разговоры современных детей, уже напичканных всякими «ужастями»?

Помню, как мы несколько лет назад ехали с младшим ребенком в плацкартном вагоне, битком набитом детьми, направлявшимися на юг, в летний лагерь. И вдруг поезд остановился. По вагону пронесся слух, что кто-то попал под рельсы (потом оказалось, что это был «черный юмор»). И дети 10-11-ти лет принялись смаковать подробности: как брызнули мозги, запачкав стекло, какие куда вывалились внутренности. Меня затошнило, а они с аппетитом жевали апельсины и бутерброды и старались перещеголять друг друга, сообщая все новые и новые детали катастрофы, существовавшей в их оскверненном воображении.