Чтобы ребенок не был трудным

А представьте, каково придется взрослому «маленькому принцу», когда его родители состарятся! Ведь на единственных детей падает огромная нагрузка по опеке пожилых членов семьи. Часто бывает, что у тридцатилетнего мужчины еще живы престарелые бабушка с дедом, которым нужно то кран на кухне починить, то огород на дачном участке вскопать. А тут еще и мать, живущая отдельно, в больницу попадает, ее тоже навещать приходится. Да и своя семья заботы требует. А если еще и у жены нет братьев и сестер, то нагрузка на «принца» удваивается.

Конечно, воспитанный эгоистом, такой сын может сказать родным:

— Это ваши проблемы. Устраивайтесь, как можете.

Но вряд ли вы захотите такого утешения в старости. Да и человеку, который так говорит, придется несладко. Сколько бы он себя ни уверял в своей правоте, ему не заглушить до конца голос совести. А это порождает внутренние конфликты, ведет к душевному надлому.

Я уж не говорю о том, что в условиях постарения населения и низкой рождаемости в самое ближайшее время встанет — да собственно, уже встал! — вопрос об увеличении возраста выхода на пенсию. Сперва до 65–70 лет, а потом и до 75. (Я не преувеличиваю, именно такая цифра названа в качестве оптимальной Комиссией по народонаселению ООН, производившей расчеты для европейский стран, в том числе и нашей. А эти рекомендации, как показывает опыт, затем претворяются в жизнь.)

То есть, люди фактически лишатся пенсии, ведь до семидесяти пяти лет еще надо дожить. Но в данном случае, если говорить о единственном ребенке, не это главное. Главное, что далеко не все постаревшие родители окажутся в состоянии работать. Со здоровьем у нас в стране все хуже и хуже, а тут еще и возраст не будет способствовать его укреплению. Пенсии же человек себе заработать еще не успеет. Вот и получится, что единственному ребенку придется полностью содержать всю пожилую родню.

Вы скажете:

— А раньше как люди обходились? Ведь сто, двести лет назад пенсий тоже не выплачивали.

Верно, не выплачивали. Но в семьях рождалось по многу детей, и сообща прокормить стариков было все-таки легче.

Так что, наверное, стоит подумать не только о ближайшей перспективе, но и об отдаленных последствиях воспитания единственного ребенка. Стремясь облегчить ему (и себе) жизнь в детстве, вы существенно усложните ее в более взрослом возрасте.

По-детски непосредственно и очень точно выразил чувство семейного клана мой младший сын.

— Если у меня будет десять детей, а у них ещё по десять, то это будет уже сто десять моих потомков, — деловито поделился он со мной своими расчётами. — Представляешь? Сто десять человек — целая армия. И все — за меня!

ЧАСТЬ IV. ДЕТИ И СОЦИУМ

Глава 22. Разговоры вполголоса: отношение к людям и разговоры о них

Помните рассказ В. Драгунского «Профессор кислых щей»? Отец назвал так своего сына Дениску, но мама поспешила успокоить мальчика, заявив, что «профессор кислых щей» — вовсе не обидное прозвище, а наоборот, папа хотел его похвалить. В результате ничего не подозревающий ребенок наградил «похвальной» кличкой солидного дяденьку, отрекомендовавшегося профессором.

Рассказ, конечно, юмористический, но в шутке Драгунского содержится немалая доля правды. Наверное, нет такого родителя, который хоть однажды не попал бы со своим чадом в сходную ситуацию. Нам кажется, что трех-четырехлетние дети не понимают «взрослых» разговоров, и мы при них свободно обсуждаем самые разные темы. А потом не знаем, куда глаза девать, когда ребенок простодушно цитирует при чужих некоторые наши «перлы».

Какие разговоры стоит вести при детях, а от каких имеет смысл воздержаться? Что обсуждать не следует, а о чем, наоборот, полезно поговорить в присутствии ребенка, даже если он сам этим не интересуется? Тема эта очень обширна, и однозначного ответа тут дать, разумеется, невозможно, а потому рассмотрим лишь несколько наиболее распространенных ситуаций.

Обсуждение знакомых

Пока мы специально не обратим на это внимание, нам даже в голову прийти не может, как много места в наших разговорах занимает обсуждение знакомых людей, их поступков и высказываний. С кем-то мы соглашаемся, с кем-то заочно (но от этого не менее яростно) спорим, над кем-то подтруниваем, а кем-то восхищаемся. Исключить все это из нашей жизни значило бы ее обеднить, обесцветить. Что, естественно, не принесет пользы ни нам, ни нашим сыновьям и дочкам, воспитание которых происходит не только прямо, но и опосредованно. Ведь, слушая беседы взрослых, дети незаметно усваивают наши взгляды и принципы, нашу систему ценностей, учатся различать, «что такое хорошо и что такое плохо». Лобовые нравоучения действуют не всегда и не на всех, зато яркие, выпуклые примеры прочно запечатлеваются в детской памяти. В силу своих возрастных особенностей дети гораздо лучше усваивают информацию, когда она, во-первых, конкретна, а во-вторых, эмоционально окрашена.