Чудесный Китай. Недавние путешествия в Поднебесную: география и история

Смерть Мао Цзэдуна в 1976 году, арест Цзян Цин и ее соратников из «банды четырех», возвращение из ссылки «идущего по пути Линь Бяо и Конфуция» Дэн Сяопина открыли перед Китаем перспективу нормализации общественной и экономической жизни. В то же время в стране образовался острый «идейный вакуум», поскольку коммунистическая идея была скомпрометирована маоистскими экономическими экспериментами и репрессиями, традиционные религии оставались под запретом. Большое мужество и политическая дальнозоркость потребовались Дэн Сяопину, чтобы в этих условиях заговорить о сяокан. Недавно репрессированный за «следование путем Конфуция», он заимствовал у Учителя этот термин, означающий в классических конфуцианских книгах «общество малого благоденствия».

Дэн Сяопин, вернувшийся из ссылки в столицу измученной маоистскими экспериментами страны, не скрывал своего восхищения лидером лишенного природных ресурсов Сингапура Ли Куан Ю, который объяснял причину успеха населенного на три четверти китайцами государства «народным конфуцианством». В какой-то степени маленькое островное государство Сингапур напоминает царство Лу, где родился и проповедовал Учитель. Открывая в 1994 году международную конференцию по случаю 2545-летия со дня рождения Конфуция, премьер-министр Ли подчеркнул: «Мы не смогли бы преодолеть наши трудности и препятствия, если бы подавляющее большинство населения Сингапура не вдохновлялось конфуцианскими ценностями».

Перед глазами Дэн Сяопина была еще одна действующая и весьма успешная модель конфуцианского государства – Тайвань. Сбежав на этот остров после поражения от коммунистов в ходе гражданской войны, Чан Кайши и его соратники по партии Гоминьдан положили в основу экономического и социального развития концепцию сяокан. К концу 1970-х годов Тайвань превратился в одного из «азиатских тигров» наряду с Японией, Южной Кореей, Сингапуром и Гонконгом, также входящими в регион «конфуцианской культуры».

Дэн Сяопин провозгласил начало политики «реформ и открытости» в декабре 1978 года. Про тесную связь модернизации с понятием сяокан он рассказал на следующий год, встречаясь с премьер-министром Японии Масаёси Охира, весьма сведущим в конфуцианстве. Дэн Сяопин дал собственную интерпретацию сяокан – «общество средней зажиточности». В последующие годы эта концепция была развита китайскими экономистами как специфическая модель потребления и производства, которая отличается от капиталистической модели «высокий уровень потребления – высокие расходы». Президент Академии общественных наук КНР Ма Хун объяснял: «Мы будем стремиться при не очень высоком уровне доходов сравнительно хорошо удовлетворять потребности населения, непрерывно и постепенно увеличивать доходы населения, побуждать его создавать социалистическую модель потребления, китайский сяокан». Ведущий российский специалист по конфуцианству Л. С. Переломов так определил значение выдвинутой Дэн Сяопином стратегии развития Китая: «Провозгласив сяокан символом построения “социализма с китайской спецификой”, Дэн Сяопин способствовал высвобождению энергии всего общества и нацелил его на новый курс – модернизацию страны».

Девизы правления – не только для императоров

Реализуя стратегию сяокан, преемники Дэн Сяопина выдвигали в ее контексте собственные тактические программы. Традиция создания краткого лозунга, передающего главный смысл текущей политики, уходит корнями в глубины китайской истории. Каждый император при восхождении на трон провозглашал девиз, который содержал программу правления. Девизом Дэн Сяопина можно считать «реформы и открытость».

Принявший бразды правления у Дэн Сяопина Цзян Цзэминь вошел в историю как автор девиза саньгэ дайбяо («три представительства»). На XVI съезде КПК в 2002 году он выступил с докладом «Всесторонне вести строительство общества средней зажиточности и создавать новую обстановку для социализма с китайской спецификой». Ради достижения этой цели Цзян Цзэминь и выдвинул свою концепцию, которая тут же была единогласно включена в Устав Компартии, став программной на все десять лет его правления. Подразумевалось, что в КПК теперь смогут вступать не только пролетарии и крестьяне, но также предприниматели, содействующие ускоренному развитию экономики. Партийные теоретики отмечали, что концепция «трех представительств» вытекает из суждений одного из ранних продолжателей Конфуция, философа Мэн-цзы, который писал: «У правителя три драгоценности – земля, народ и правление».