Чудесный Китай. Недавние путешествия в Поднебесную: география и история

Сарацины, то есть мусульмане, арабы и персы, были гораздо многочисленнее и богаче христиан. Арабская цивилизация переживала период расцвета, даря миру одно достижение за другим. Могущество арабов прирастало в том числе путешествиями и торговлей. Морским путем в Китай прибывали сотни тысяч искателей богатства и успеха. Достаточно сказать, что во время крестьянского восстания во главе с Хуан Чао во второй половине IX века только в Кантоне (Гуанчжоу) якобы было убито 100 тыс. арабов. Это не остановило предприимчивых пассионариев. Так, в 1346 году в Китай прибыл Ибн Батута, знаменитый путешественник из нынешнего Марокко. Он провел в Поднебесной около года и оставил описание Кантона, Цюаньчжоу и других городов. «Гавань Зайтуна – одна из самых больших в мире, правильнее сказать, самая большая. Я видел в ней около 100 больших джонок, а маленьким и счету не было. Это обширный морской залив, вдающийся в сушу, где он соединяется с многоводной рекой… В Зайтуне я застал джонки, готовые к отплытию в Индию, и среди них одну, принадлежащую царю эз-Захиру, властелину Явы. Ее экипаж состоял из мусульман…»

Историк Ибн Батута

Христианское надгробие из Зайтуна

Надгробия посланцев Пророка

Наследники великой традиции – мулла главной мечети Цюаньчжоу с сыном

От пришельцев из Персии и Аравии остались не только надгробия. В Цюаньчжоу и по сей день существует большая мусульманская община. По словам ахуна (муллы) единственной сохранившейся мечети Асхаб – 120 тыс. человек. Считающие себя потомками арабов и персов китайцы-мусульмане хуэйцзу со всего Китая совершают паломничества в эту старинную мечеть, построенную в 1009 году. Еще важнее для них гробницы двух учеников Пророка на горе Линшань. По свидетельству китайского историка, четверо миссионеров были посланы самим Мухаммедом в Китай между 618 и 626 годами. Один отправился в Кантон, второй в Янчжоу, а два ученика проповедовали в Зайтуне, где и упокоились. Их могилы содержатся в порядке почти полтора тысячелетия, получить благословение перед своим пятым плаванием в 1417 году туда приходили адмирал Чжэн Хэ и его спутники.

Морской шелковый путь ведет в XXI век

В наши дни богатое исламское прошлое Цюаньчжоу пришлось очень кстати руководству Китая, наращивающему торгово-экономические связи с мусульманскими странами Юго-Восточной и Южной Азии, Ближнего Востока. Незадолго до приезда нашей группы китаеведов в Музее истории морских транспортных путей состоялась международная конференция «Морские пути и исламская культура». Она проходила в построенном в стиле арабской архитектуры специальном выставочном зале «Памятники исламской культуры в Цюаньчжоу». Еще важнее оказывается историческое, экономическое и даже геостратегическое значение Морского шелкового пути.

В октябре 2013 года руководитель Китая Си Цзиньпин выступил в парламенте Индонезии с речью, в которой выдвинул стратегическую концепцию построения «Морского шелкового пути XXI века». По сообщению агентства Синьхуа, он сделал акцент на следующих пяти пунктах: «придерживаться принципа доверия и стремиться к добрососедству; придерживаться принципа “жить душа в душу”; придерживаться принципа открытости и толерантности». В Джакарте Си Цзиньпин поставил такую цель: увеличить объем двусторонней торговли между Китаем и АСЕАН к 2020 году до 1 трлн долларов. Кроме того, Пекин предлагает расширение транспортно-коммуникационных возможностей, выдвинул инициативу создания Азиатского банка инфраструктурных инвестиций.

Наследие адмирала Чжэн Хэ оказалось востребованным в XXI веке

Что касается стран АСЕАН (Бруней, Вьетнам, Индонезия, Камбоджа, Лаос, Малайзия, Мьянма, Сингапур, Таиланд и Филиппины), то быстро развивавшиеся с начала 1980-х годов двусторонние торговые связи КНР с отдельными государствами в 2010 году переросли в соглашение о создании зоны свободной торговли. Сейчас Китай стал крупнейшим торговым партнером АСЕАН: в 2012 году двусторонняя торговля достигла более 400 млрд, а объем взаимных инвестиций превысил 100 млрд долларов.

Однако значение новой концепции Морского шелкового пути выходит далеко за рамки торгово-экономического взаимодействия Китая со странами Южных морей. Не случайно она была обнародована практически одновременно с концепцией «экономического пояса Великого шелкового пути». Похоже, что китайские стратеги видят в оживлении двух великих торговых путей прошлого главные направления противодействия попыткам окружения Срединного государства.

Путешествия Чжэн Хэ или Опиумные войны?