Чудесный Китай. Недавние путешествия в Поднебесную: география и история

На высоте около пяти тысяч метров автобус делает остановку. Гид торжественно сообщает, что это – священное для ламаистов место и мы первые иностранцы, которых сюда допустили. На небольшом горном озере после кончины далай-ламы проводится начальная церемония поиска человека, в которого переродился покойный. Именно здесь ламы высших рангов должны определить сторону света, главное направление поиска. Покатые берега озера украшены длинными разноцветными гирляндами. Но это вовсе не украшения, а обереги, защита от злых духов. На каждом из разноцветных флажков гирлянды написано заклятие против демонов. Из автобуса я вышел, хотя и с трудом. Потом невольно встал на колени, а дальше попросту пополз. Воздуха в легких не хватало, его там просто не было. Из последних сил сделал несколько снимков и пополз обратно. Проявив съемку, увидел над озером странное продолговатое свечение, которого не было во время фотографирования…

Нехватка кислорода и вызванная ею усталость мешают адекватному восприятию действительности. Постепенно понимаешь, что перед тобой еще одно чудо Тибета – священное озеро Манасаровар («Живая вода»). Оно находится рядом с горой Кайлас и озером Ракшас. Сохранившие веру в богов древней религии бон тибетцы считают Кайлас жилищем бога Демчога, а Манасаровар – местом обитания его подруги богини Дордже Пхагмо. Вместе они символизируют мудрость и сострадание, гармонию мужского и женского начал. Буддисты считают, что именно Манасаровар является легендарным озером Анаватапта, где королева Майя зачала Будду. Ну а некоторые географы утверждают, что озеро Манасаровар является самым высокогорным на планете водоемом с пресной водой.

Дорога идет вниз, дышать становится легче, жизнь окрашивается в яркие краски. Делаем остановку на склоне горы, где пасутся яки. Довольно миролюбивые низкорослые черные коровы позволяют себя погладить, но мощный коричневый бык посматривает на пришельцев неодобрительно. Хозяева стада из примерно 30 голов настроены очень дружелюбно. Хозяйка демонстрирует таинство дойки, хозяин предлагает попить чаю из кипящего на костерке алюминиевого чайника. Их лица и руки почти черные от яркого горного солнца. Это настоящие пастухи настоящих яков в отличие от тех, которые подстерегают туристов на перевалах и смотровых площадках и за умеренную плату позволяют фотографировать себя и украшенных попонами животных.

Новая жизнь тибетского буддизма

Главная цель поездки в Шигадзе – это монастырь Ташилунпо. Он не такой величественный, как дворец Потала или монастырь Джокханг. Построен на невысоком холме и окружен довольно ровным пространством, поэтому над многочисленными одноэтажными или двухэтажными домами с кельями монахов возвышаются всего четыре многоэтажных здания, главное из которых выделяется золотистой крышей.

По каменным плитам монастырского двора ходят паломники, беспрерывно вращая молитвенные барабаны. Иногда они беседуют с монахами в пурпурных одеяниях. Нас проводят по главным святым местам – показывают ступу (традиционное буддийское надгробие) с останками Далай-ламы I, ступы нескольких панчен-лам. Самая великолепная ступа Панчен-ламы IV достигает высоты в 11 метров и сделана из чистого золота. Монастырь гордится также самой большой в Тибете статуей будды Майтреи (Будда будущего). Высота статуи – 26 метров, на нее пошло около 300 килограммов золота, 116 тонн бронзы, тысяча жемчужин и 40 алмазов.

Журналистов из России согласился принять заместитель настоятеля монастыря. Сидя на низком диванчике под портретами усопших панчен-лам и их нынешнего молодого преемника-перерожденца, он угощал нас чаем, засушенным творогом из молока яка, рассказывая об истории монастыря, основанного после смерти Далай-ламы I в 1447 году. В отсутствие хозяина монастыря Панчен-ламы XI, который в то время находился в Пекине, монах повязал нам на шеи пурпурные ленточки с благословением Святейшего. Не обошел наш собеседник и острых углов. Он вспомнил о гонениях на буддистов в годы «культурной революции», прокатившейся над всем Китаем и в конце концов достигшей Тибета. Многие здания и реликвии Ташилунпо сильно пострадали, число монахов в его обители за то же время сократилось с 5000 до 800. Сам он был послан на «перевоспитание трудом» и вернулся к монашеской жизни только 20 лет спустя. Прибывшие из центральных районов Китая хунвэйбины («красные охранники») делали то же, что и в своих родных местах, – «выкорчевывали феодальные предрассудки». В Тибете было полностью или частично разрушено 90 % храмов, резко сократилось число монахов.