Чужие дети

Не задерживаясь, армада устремилась к поверхности планеты, плавно ныряя в ее атмосферу.

Картинка сменилась. Теперь снимали с земли. Прекрасный город раскинулся на берегу залива. Высокие белые здания среди густых парков. Город несколько напоминал Рио-де-Жанейро. Только растительности было побольше и над городом не стояла, раскинув руки, гигантская статуя Христа.

Улицы были полны народа. Существа, очень напоминавшие людей, почти неотличимо на них похожие, толпами собирались на площадях. Все смотрели вверх, очевидно, предупрежденные о прибытии кораблей. И вот они появились. Тяжело и в то же время грациозно десятки их опускались на город.

– А почему нет звука? – спросил председатель.

– Несовпадение параметров аппаратуры. Я же говорил, что у вас примитивная техника.

– Это еще неизвестно, у кого она примитивнее, – опять обиделся председатель.

А на экране происходило странное и страшное. Из опустившихся космических кораблей хлынули колонны… «зайцев». Да, тех самых «зайцев», которых приютил дядя Саша. Только эти были, кажется, побольше ростом. И они были вооружены.

Через пятнадцать минут большая часть жителей города была уничтожена. Оружие «зайцев» разило без промаха. Тот, в кого попадал луч, исчезал в яркой вспышке, и на этом месте еще несколько секунд расплывалось блеклое облачко то ли пара, то ли дыма…

Оставшихся в живых загнали в несколько шаров-звездолетов, которые тут же взлетели и исчезли в небе. Город был захвачен. Можно было предположить, что по всей планете сейчас происходит то же самое.

– Выключи, – сдавленным голосом сказал председатель и выругался. Жена его тихо плакала в углу. Даже у невозмутимого Петровича на скулах играли желваки. Егор с трудом разжал стиснутые челюсти и шагнул к телевизору.

– Там мы не успели, – сказал пришелец. – Вас должна была ожидать такая же судьба. Только благодаря нашему заслону, они не прорвались. Этот космический корабль попал сюда случайно и был сбит. Идет большая война. Вы не участвуете в ней впрямую, но не можете не понимать, на чьей стороне вы находитесь. Поэтому отдайте нам их.

Все молчали.

– Нет, – сказал наконец председатель.

– Но почему? – пришелец попытался встать, застонал и снова опустился на пол. – Почему?

Председатель сел на кровати, несколько раз согнул и разогнул бывшую до этого неподвижной ногу.

– Что вы с ними сделаете? – спросил он.

– Уничтожим, разумеется, – в голосе пришельца не было сомнения.

– Вот поэтому – нет, – сказал председатель.

– Вы сумасшедшие! К ним нельзя проявлять ни малейшей жалости! Да они и секунды бы не колебались!

– Они – да. Мы это видели. Но те, что у нас, – дети. Они за отцов не отвечают.

– Какая разница: взрослые, дети? Это заложено у них в генах! Они существуют для того, чтобы убивать, как вы этого не понимаете?

– Нет, – сказал председатель. – Мы можем долго разговаривать, но все это бесполезно. Вам трудно нас понять. Мы и сами не всегда понимаем себя. Но одно я знаю точно. Если я сейчас отдам вам их, зная, что вы с ними сделаете, то никогда в жизни себе этого не прощу. И поэтому буду защищать их от вас любыми средствами.

– Хорошо, – сказал пришелец. – Вы – это еще не все жители планеты. Зовите своих людей, и мы спросим у них. Я верю, что разум возобладает над эмоциями. Зовите-зовите, вам ничего не угрожает с нашей стороны, должны были бы уже понять. Ведь у нас даже оружия против вас нет, кроме этих маломощных парализаторов.

– Ну хорошо, – решился председатель. – Егор, дай мне его пистолет и сходите с Петровичем, народ соберите. Только пусть у дома Ивановича кто-нибудь останется. На всякий случай.

13

В окно постучали. Когда стук раздался снова, уже сильнее, его наконец услышали и умолкли.

– Совсем об охране забыли, – сказал председатель. – Егор, посмотри, кто это.

Егор взял двустволку вышел. Под окном стоял лохматый – второй из искателей икон. Егор поднял ружье.

– Что надо?

– Я парламентер, – угрюмо сказал лохматый.

– Чего? – удивился Егор.

– Парламентер я. Для переговоров пришел.

– Для каких переговоров?

– Да эти меня послали. Веди к вашему главному.

Егор немного поколебался, не дать ли этому парламентеру сразу в ухо, но потом махнул стволом:

– Пошли.

В комнате курили. «Парламентер» как-то сразу определил, что главный тут председатель, и сказал, обращаясь только к нему:

– Велели передать, что если вы ихнего отдадите, то они вашего отпустят.

– Какого нашего? – не понял председатель.

– Ну этого, с мотоциклом, здорового.

Егор увидел, что под глазом у лохматого расплывается большой синяк. «Молодец, Петр Серафимович!» – подумал он.

– Неужели Петька не прорвался? – поразился председатель.

– У него мотоцикл не завелся. Я к нему подошел, а он драться… грустно сообщил лохматый.

– Мы предусмотрели этот ваш ход, – сказал пришелец. – Ни один двигатель сейчас здесь работать не может. И связи не должно быть.

– Техника, значит, передовая? – неприятным голосом осведомился председатель. Пришелец промолчал.

– Так что же вы с вашей техникой не придете и не заберете «зайцев»? – не отставал председатель.