Чужое имя. Тайна королевского приюта для детей

Девочек разделили и усадили за отдельные продолговатые столы, за каждым из которых устроилось примерно по семеро человек в форме. В течение следующего часа отряд американских летчиков уделял девочкам нераздельное внимание, болтая с ними, обмениваясь едой и игрушками на фоне жизнерадостной музыки, игравшей на заднем плане. Не привычная к разговорам со взрослыми и к любым проявлениям доброты, Дороти почти не могла говорить. Время от времени один из летчиков спрашивал: «Ты уверена, что у тебя нет старшей сестры?» – и небольшая группа мужчин вокруг ее стола взрывалась смехом. Когда они старались разговорить ее, она отвечала едва слышными односложными фразами.

Вскоре перед Дороти поставили большую тарелку с едой, о которой она раньше не слышала: индейка, ямс, клюквенный соус. Но она была слишком сконфужена, чтобы есть как следует, впервые в своей жизни оказавшись в центре внимания.

Дороти не знала, что эти мужчины проходят подготовку в командах бомбардировщиков для освобождения Европы и сыграют важную роль в освобождении тех, кто умирал в концентрационных лагерях. Она знала лишь то, что это ее герои, и описала этот вечер как поворотный пункт в своей жизни.

Еще никогда в жизни я не находилась в обществе таких дружелюбных, радостных и щедрых взрослых людей… Я уверена, что они ни при каких обстоятельствах не смогли бы понять, какой огромный переворот они произвели в душе своей неразговорчивой гостьи.

«Это была величайшая вечеринка в моей жизни», – написала она. Когда я читала слова моей матери, то думала о ее роскошных званых вечерах, перед которыми приходили рабочие и убирали дорогую мебель из нашей огромной гостиной. Вместо этого они расставляли круглые столы, накрытые белоснежными скатертями, фарфоровую посуду и хрустальные бокалы. Потом прибывали снабженцы с изобильной едой, излишки которой оставались на долгие дни. В качестве хозяйки моя мать находилась в центре внимания, изящно лавируя между столиками и лично приветствуя каждого гостя. Возможно, она пыталась воссоздать свои чувства в тот день, когда полученное ею внимание стало первым проблеском надежды на то, что однажды она выйдет из стен госпиталя.

Удача Дороти была непостоянной. Война приносила голод и невзгоды, но также доброту от незнакомых людей и неожиданный жест от мисс Райт. Вскоре она избавилась от жестокости другого члена персонала – единственной женщины, которая более жестоко избивала ее, сильнее пугала, чем директриса госпиталя, – безжалостной мисс Вудворд.

Все произошло в один из обычных дней. Дороти находилась во дворе вместе с другими девочками, когда услышала новость.

Должно быть, во дворе было холодно, потому что девочки носили плащи. Уильям Хогарт, который впервые украсил живописью стены госпиталя, изобрел эти одеяния в середине XVIII века, и стиль остался неизменным. Плащи были изготовлены из той же бурой саржи, что и форма девочек, но подкладка была другой – ярко-алой, что составляло разительный контраст с тусклыми цветами их гардероба. Мне нравится думать, что Хогарт задумал это как маленький подарок брошенным детям, приговоренным к бесцветной жизни.

Новость начала распространяться, когда девочки играли на улице. Одна из них подбежала к другой и что-то прошептала ей на ухо, а вскоре вся игровая площадка пришла в движение.

Мисс Вудворд умерла.

Конечно, были вопросы. Откуда это известно? Подслушано из разговоров сотрудников в коридорах. От чего она умерла? От какой-то там лейкемии.

Не уверена, что у кого-то из нас был опыт чужой смерти, поэтому смерть мисс Вудворд стала темой серьезного обсуждения среди девочек. Разумеется, мы обсуждали, что происходит с людьми после смерти. Я помню какие-то разговоры о различии между обмороком и смертью, но у меня было стойкое ощущение, что мисс Вудворд больше не вернется.