Cosa Nostra, история сицилийской мафии

Простая диета из сыра рикотта с цикорием, кровать с одеялом, но без постельного белья, немногочисленные пожитки, включая Библию, одежда, которую, пожалуй, постеснялся бы надеть зажиточный фермер, – в укрытии верховный босс Коза Ностры вел весьма аскетическую жизнь. Разумеется, богатства, конфискованные у его подручных, означали, что он, предоставься такая возможность, мог бы купаться в роскоши. Но генеральный прокурор Грассо утверждал, что бедность Провенцано «была тактическим выбором», проявлением «мафиозной этики». Живя столь просто, Трактор подавал пример самопожертвования и как бы выражал солидарность с теми мафиозными главарями, которые оказались за решеткой, в еще более спартанских условиях.

Миротворец, стратег, образец для подражания… Бернардо Провенцано, возглавляя Коза Ностру, принимал на себя эти и многие другие личины. А 20 июня 2006 года стало ясно, что именно он удержал организацию от гражданской войны в духе начала 1980-х годов. Выяснилось, что Коза Ностра одержима призраками истории.

Утром 20 июня началась очередная блестящая полицейская операция, результатом которой явился арест 45 предполагаемых мафиози, причем большинство арестованных составляли бойцы ранга капо. Некоторые были ветеранами «максипроцесса» времен Фальконе и Борселлино; ныне широко известно, что Провенцано более всего доверял старшему поколению бойцов.

Основную часть информации, которая привела к арестам, получили из расшифрованных пиццини Трактора. Остальные сведения собрали благодаря подслушивающим устройствам, установленным в заброшенном гараже на виале Микел-анджело, которая проходила через контролируемый мафией район к западу от центра Палермо. Следователям удалось установить, что Провенцано доверил управление Коза Нострой двум людям, которые были готовы вступить в «войну за наследство».

Сальваторе Ло Пикколо и Антонино Ротоло были хорошо известны властям. Ло Пикколо числился в бегах более двадцати лет, считаясь при этом наиболее вероятным преемником Провенцано. Ротоло же активно поддерживал корлеонцев в пору бесчинств Лучано Леджо, и его приговорили к пожизненному заключению. Однако он ухитрился сымитировать в тюрьме сердечный приступ и получил разрешение отбывать срок на дому. Гараж, в котором полиция установила подслушивающие устройства, находился по соседству с домом Ротоло, что позволяло Антонино участвовать во встречах мафиози и зачитывать бойцам записки Провенцано. Среди регулярных участников этих собраний были люди, выполнявшие повседневные поручения Ротоло; их профессии наверняка поразят тех, кто продолжает считать, будто Коза Ностра состоит исключительно из невежественных громил, – один был строительным подрядчиком, а второй врачом-неврологом.

Ротоло некоторое время, как свидетельствуют перехваченные разговоры в гараже, носился с идеей убить Ло Пикколо. Своему другу-неврологу он говорил: «Ло Пикколо хочет нас прикончить… Тупой болван… Надо его опередить». Судя по всему, Провенцано к моменту своего ареста еще размышлял над предложением Ротоло «разобраться» с Ло Пикколо. При этом, похоже, Ротоло и его подручные не сомневались, что в конце концов получат желаемое, – они приобрели «на будущее» несколько бочек с кислотой.

Тем, кто хочет понять, почему Ротоло и его присные столь нервно относились к Ло Пикколо и почему считали его «тупым болваном», достаточно вспомнить одно-единственное имя – Индзерилло.

Сальваторе Индзерилло, кузен нью-йоркского босса Карло Гамбино, был одним из крупнейших торговцев наркотиками и активно участвовал в трансатлантическом «героиновом буме» 1970-х годов. В мае 1981 года Индзерилло был убит, не успев опробовать бронированную «альфа ромео». Расправившись с ним и с «принцем Виллаграции» Стефано Бонтате, корлеонцы начали mattanza – масштабную «чистку» рядов мафии, позволившую им добиться неоспоримой власти в Коза Ностре. В то время Коротышка Риина приказал уничтожить всех родственников Индзерилло. Четырнадцать человек погибли, остальные бежали в Соединенные Штаты, однако через четверть столетия после mattanza, поверив в «мир» Провенцано, беглецы начали возвращаться. И Сальваторе Ло Пикколо оказал им радушный прием.

Антонино Ротоло был одним из последних корлеонцев, обладавших полнотой власти в Коза Ностре. Вполне естественно, что он увидел в возвращении клана Индзерилло угрозу своему положению и жизни. Скрытые микрофоны в гараже зафиксировали его признание: «Если они начнут стрелять, я окажусь первым». Как заметил один из ведущих журналистов Италии, специализирующихся на мафиозных расследованиях: «Корлеонцам эти беглецы, должно быть, казались призраками». И призраки, очевидно, пристально наблюдали за действиями Ротоло.