Дакия в огне. Часть вторая. Дакийский самодержец

Но всё это римляне проделали не афишируя, можно сказать скрытно. И поэтому, когда Траян, переправившись через Данувий, вторгся со сто тысячной по новому оснащённой и обученной армией в дакийские пределы, это для Децебала стало полной неожиданностью.

Армия вторжения постепенно сосредотачивалась в римской приграничной провинции Верхняя Мёзия, поблизости от города Виминация. На удивление, разведка даков проморгала её. Вернее, дозорные даков не рассмотрели в ней какую-либо серьёзную угрозу.

А всё потому, что Траян и здесь применил хитрость…

***

Он организовал несколько перебежчиков, и те ввели даков в заблуждение утверждениями, что у Виминация собирается карательный корпус, который всего лишь готовится преподать урок сарматам, в прошлом году совершившим очередной разбойничий набег на римское приграничье. Даки этим перебежчикам поверили.

Ещё следует сказать, что в окружении Траяна находилось и не мало закалённых и опытных сподвижников, проявивших себя на-военном поприще. Перечислю только некоторых военачальников, это: Сура, Лонгин-старший (отец того красавчика Лонгина, который будет другом преемника Траяна, Адриана), Маний Либерий Максим, и ещё ряд других легатов, на которых принцепс мог опереться в предстоящих военных действиях.

В этом же походе участвовал и Лузий Квиет. Но тогда этот бывший гладиатор не находился на первых ролях. Для него всё ещё было впереди.

Когда воды Данувия, после весеннего разлива спали, римляне навели через реку понтонные мосты и двумя колоннами перешли на левый берег. Но дальше римская армия двинулась через земли гетов не на северо-восток, в сторону роксоланов, а неожиданно на север, к сердцу Дакии, и только после этого Децебал и его окружение осознали всю серьёзность создавшегося положения.

***

Поняв замыслы Траяна, Децебал начал немедленно собирать войска и отправил послов в соседние земли, чтобы заручиться помощью соседей. И многие из них, такие, как кельты бастарны и костобоки, германцы буры, венеды и склавины, а также западные сарматы из племени роксоланов решили ему помочь, и уже вскоре от них выступили многочисленные отряды.

Помимо этого, пытаясь выиграть время, царь даков отправил и к Траяну посольство. Вначале в императорскую походную ставку прибыли не самые знатные даки, и это было даже скорее не посольство, а разведка. Траян с этими послами не посчитал нужным встречаться. Тогда Децебал направил уже новых послов.

На этот раз посольство возглавляли знатные даки, включая Сусага, пожалуй, ближайшего соратника царя и одного из лучших дакийских полководцев. Посольство от имени Децебала обещало признать верховную власть Римской империи над Дакийским царством, и для этого сам царь даков просил о личной встрече с Траяном. Траян согласился на неё. Но Децебал так и не прибыл для переговоров, и принцепс понял, что царь даков хитрил и всего лишь пытался выиграть время.

А тут ещё Траяну пришло угрожающее послание от буров…

***

Это германское племя преподнесло Траяну довольно-таки странный презент. Принцепс получил от них гриб. Да, да, гриб! Удивительных размеров. И на нём по-латински было начертано, что «лучше бы римлянам вернуться к себе домой по добру и по здорову, а иначе их ждёт в горах Дакии неизбежная смерть…»

В ответ на это варварское послание Траян лишь усмехнулся, и римская армия продолжила продвигаться на север к сердцу Дакии, к её столице. В авангарде римской армии находился сам император. А помимо его сподвижников к нему в этом походе присоединились и члены его семьи, его жена и сестра, Помпея Плотина и Марциана.

Римская армия неторопливо продвигалась, и Траян вперёд постоянно высылал усиленные разъезды, состоявшие из мавретанских и нумидийских разведчиков. Поначалу римляне двигались на Берзовию (или Берзаб), далее свернули на восток и прошли Айзы. Потом повернули вновь на север.

И вот, вначале сентября 101 года новой эры, стотысячная римская армия подошла к важнейшей дакийской крепости Тапы.

Эту крепость ещё называли «ключом к Сармизегетусе».

Глава седьмая

Около двухсот тридцати тысяч воинов сошлись под Тапами с обеих сторон. Даков было больше, но римляне были лучше вооружены и гораздо более организованны. В самом начале битвы всё небо прочертили молнии, прогремели сильнейшие раскаты грома, от которых чаша неба казалась треснула, и зарядил ливень, однако это не охладило пыла сражавшихся. Напротив, римляне восприняли гром, как знак свыше. Как некое одобрение их действий самим Юпитером Громовержцем. Это подтвердили и жрецы-фециалы, которые перед сражением, как и полагается, провели обряд и окропили кровью жертвенных животных походный алтарь.

И даки, и римляне прекрасно понимали значение битвы при Тапах. Она решала всё!

***