Далия. Проклятая мечтой

— Спасибо. — Я улыбаюсь в ответ. — Ты тоже замечательно выглядишь. Мне кажется, ты даже как-то изменилась.

Велислава отмахивается от моих слов.

— Я же предложила тебе сесть рядом! Почему ты примостилась на самом краю как бедная родственница?

Выразительно обвожу взглядом заваленное ее вещами покрывало.

— Ох, тоже мне проблема!

Подруга без особых церемоний сгребает все в одну кучу слева от себя.

— Вот!

Я устраиваюсь удобнее.

— Рассказывай, как у тебя дела! — Вела берет мои ладони в свои и пристально смотрит в глаза. Я сразу же чувствую себя неуютно, и отвожу взгляд.

— Ты сердишься на меня, да?

— Нет, с чего ты взяла? — Такого вопроса я не ожидала. Изумленная, я вглядываюсь в ее лицо.

— Ну, не знаю… — тянет подруга осторожно. — Про кражу я тебе не сказала, про приключение в лабиринте тоже толком предупредить не смогла…

— Нет, вовсе я не сержусь. — Чуть сжимаю ее пальцы, словно пытаясь уверить в правдивости своих слов.

— Это хорошо, — с облегчением выдыхает девушка. — Рассказывай, что у тебя стряслось. Давид по-человечески ничего не объясняет, только загадочно улыбается, а сама я зареклась специально смотреть будущее близких. В общем, я в полном неведении!

— История с Эмилем приняла несколько неожиданный оборот, — осторожно начинаю свой рассказ. — Мы попали в весьма щекотливую ситуацию, и я не вижу из нее достойного выхода.

— Ты меня заинтриговала! Я жажду подробностей.

— Подробностей… — Я аккуратно высвобождаю свои руки из цепкой хватки и устраиваю их на собственных коленях. — Подробности заключаются в том, что все в Эль уверены в нашей скорой свадьбе.

После этих слов у Велиславы открывается рот, а после она начинает хохотать.

— Невероятно! Что же вы такое натворили?!

— Ничего. Я имела неосторожность согласиться выйти в свет в сопровождении его родителей, а в Эль, подобный шаг имеет весьма определенные последствия. И чем дальше продолжается этот фарс, тем сильнее мы увязаем в этой лжи.

— Я так понимаю, вариант все бросить и вернуться сюда, ты относишь к разряду недостойных.

— Безусловно. Эмиль занимает очень высокое положение в обществе. Подобный демарш с моей стороны пошатнет его репутацию. Ничего фатального, конечно, не случится, но неприятный осадок останется на всю жизнь, а эльфы, как тебе известно, бессмертны, хоть и в теории, и память их с годами хуже не становится.

— Ясно. А вариант продолжить ваше представление и выйти за него замуж тобой не рассматривается вовсе, так?

Теперь моя очередь закрывать рот.

— Ты с ума сошла, или это такая неудачная шутка?! — восклицаю, после того, как вновь обретаю дар речи.

В голове лихорадочно мечутся мысли, сменяя одна другую. Свадьба! Она определенно повредилась рассудком! Хотя это было бы занятно: логичное завершение фиктивного романа — фиктивный брак!

— Разумеется, это была шутка, — успокаивает меня Вела, вдоволь насладившись моими растерянностью и возмущением. — Не нужно так нервничать. Ты так трепетно относишься к его репутации, что я просто не смогла удержаться и не подразнить тебя. На самом деле, я вообще не вижу никакой проблемы. Ему почти восемьсот лет, и он взрослый мальчик по любым меркам. Давид поделился со мной информацией о его должностных обязанностях. Из всего этого я могу сделать лишь один вывод: прежде, чем предложить тебе идею с фиктивным романом, он просчитал все возможные варианты развития событий, равно как и их последствия. Поэтому твои метания по поводу того, что достойно, а что нет, лишены оснований.

— И каков же будет твой совет?

— Совет мой очень простой — попробуй перед уходом получить максимум удовольствия от сложившейся ситуации.

— И каким же образом мне это сделать?

— Тебе виднее, — усмехается Вела. — Просто определись, чего ты хочешь, и сделай это.

— А если я не знаю, чего мне хочется.

— Тогда придумай что-нибудь безумное и воплоти в жизнь!

— Например?

— Ну… к примеру, как ты находишь идею соблазнить своего герцога?

— Ты с ума сошла?! — опять взвиваюсь я. Идея, безусловно, любопытная и не лишена определенной притягательности, но…

Вела заливается смехом, наблюдая за сменой эмоций на моем лице. Взяв себя в руки, она возражает:

— Вовсе нет, по-моему, это должно быть забавно.

— Обхохочешься, — сухо бросаю в ответ. — Ты-то сама представляешь, как это будет выглядеть со стороны?

— Честно признаюсь, героем всех моих фантазий подобного рода является законный супруг. Так что нет, не представляю и даже не хочу этого делать.

— А я вот представила, как вешаюсь Эмилю на шею — стыд и смех.

— Да ладно! Зачем вешаться? Вы же спите в одной постели, так? — Я киваю, и она продолжает, — наденешь вместо пижамы, какую-нибудь сорочку позанятнее, и он все поймет без слов.

— Угу, — угрюмо ворчу я. — Он меня уже видел в сорочке и не единожды, и я каждый раз в тот момент находилась в весьма удручающем и болезненном состоянии. Думаю, если я выйду к нему в подобном виде, он просто поинтересуется моим самочувствием.

Вела улыбается, но внезапно резко серьезнеет.

— Тебя что-то мучает, я это вижу, но ты, почему-то не желаешь об этом говорить.