Данди Бой — Сказка на двоих (СИ)

Аурела-Сантропэ открыла глазки, стояло раннее утро, за окошками чирикали весенние птички, вставать не хотелось. Принцесске, закутанной под пуховым белым одеяльцем греться и нежиться было одно удовольствие, и потом, чувствовалось небольшое недосыпание. Вчера из за ночных посиделок и интересных разговоров с малышом ей пришлось поздно уйти в сон, в притом что заснуть удалось не сразу. Всякие мысли кружившиеся в её светлой головке не давали покоя. Поразмышлять имелось над чем. И так, приходилось ворочиться в мягкой постельке пол ночи, то туда ,то сюда. Иногда, лёжа на любимой перьевой подушке она бросала взгляд в приоткрытое спальное окошка, туда, на ночное небо где любовалась ярким свечением небесных тел и несметно пугающей луны, убеждавшей её в значимости и силе вселенских просторов, радуя её тем, что она так же является частью мироздания, и главное, что она сама часть королевской истории. Пускай принцеска особо и не делала историю в их королевстве, но взаимосвязь и сопричастность со всем тёкшим внутри процессом у неё имелась. Всё здесь циркулировалось в едином порыве и на пять с плюсом. Вчера, за ночным чаепитием с любезным братиком Макинтошем, с дружественным Данди Боем и незаменимой Мелиндой, Аурел много смеялась.

— Я обиделась ! Нет ! Я теперь предельно злая ! Сам будешь впредь копаться в огородике ! Я к тебе больше не приду на помощь, вот тебе ! — Улыбчивая Аурела обращалась к братику. Так ей пришлось отреагировать на юморную издевку посланную в её адрес Макинтошем, суть которой заключалась в том что его сестрёнка перестала помогать  в орошение их общего небольшого садика за домом. И не имеет желание принимать участие в рассадке разносортных весенних цветов.

— Маки, не переживай, наша любимая Аурелa скоро в нашем дивном саду будет не только рассадкой цветов заниматься, но и начнёт рубить дрова к зиме. — Сказала в смехе Мелинда.

— Уж этого мне точно не дождаться. Как и снега в нашем кусочке королевства. — Проговорил Макинтош всё ещё улыбаясь. Но когда он наткнулся на чей то обранённый во время приготовления еды волосок в миске своего супа, в миг изменился в лице. Достав волосок из супа он грубо сказал.— Ну уж это непростительная ошибка. Кого волос признавайтесь, Милинда не твой ? За кем сегодня значилось приготовление пойла ? — Принцески в недоумение переглянулись не без лёгких улыбок, а Данди бросил взгляд в окошко, туда во дворик, показывая полный свой безинтерес во всём этом.

Малышка весь день на пролёт с раннего утра только и думала да размышляла о сватовничестве братиком ей принца Зонта.

— Мелинда, я не пойду за него замуж…так и знайте ! — Говорила она подруге с решимостью в лице. Они прогуливались в любимом садике.

— Аурелa, это твоя жизнь, и ты в праве выбирать. Я полностью на твоей стороне.

Дул милый летний ветерок надежды. Сантре это нравилось, было по душе.

— Спасибо тебе подруга. —  И амадеуски приобнялись.

Когда настал полдень их можно было застать за обеденным столом, но не одних а в компании со странником и принцем Макинтошем.

— Данди, ну что решил ? — Спросил братик Аурелa у него.

А спрашивал он у странника по поводу ближайших дней и своего тут пребывания.

— Маки…— Оторвался малыш от супом наполненной ложки. —…я не готов пока дать внятного ответа, но в скорые дни он добудится, и я о нём вам провозглашу.

— Будем ждать, а пока я больше не пристаю с этим…с этим трудным, поспешным вопросом.

После чего их ложечки заработали дальше.

Уже вечером  Аурела-Сантропэ выловила братика во дворике их общего домишка и наедине решила поговорить о крепко волнующем её моменте.

— Братик, ты ведь понимаешь, я не вещь.

— Согласен, но он лучший амадеус в Знойном крае, ты поверь ?

— Но не лежит там моё сердце…

— А куда оно направлено, ответь ?

— Пока оно молчит, спокойно и как-то размеренно стучит... — Принцесска опечалено взглянула на братика и сказала. — Макинтошик, я не пойду за него, хоть горы сдвинуться с земной коры. Прошу тебя…— Кричала душенька её, умоляла. —…не выдавай меня за Зонта, я против силы вот в таких делах. Всё должно само прийти.

— Ну ладно, я подумаю.

И принц совсем не в духе прошагал к ступеням в домик. А принцеска осталась наедине с каким-то грозным небом. Сложив руки воедино и приподняв их к лицу она молилась, жалостно просила Бога о помощи, о недопущение насильственного сватовничесва…С глаз её летели горькие слезинки, а сердце бешено стучало. Налетевший летний ветерок надежды успокоил вдруг её, и дал своё согласие попробовать исполнить то желание, которое в душе страдальщицы таилось, и о котором только что она молила.