Дажьбог - прародитель славян

Размышляя о начале Древнерусского государства, автор Комиссионного списка Новгородской первой летописи младшего извода предпослал своему пересказу «Повести временных лет» описание идеальных взаимоотношений между князем и его подданными, существовавших при первых князьях: «Вас молю, стадо христово, с любовию приклоните уши ваши разумно: како быша древнии князи и мужие ихъ, и како отбараху Руския землеѣ, и ины страны придаху под ся; тѣи бо князи не збираху мпога имѣния, ни творимыхъ виръ, ни продаж въскладаху люди; но оже будяше правая вира, а ту возмя, дааше дружинѣ на оружье. А дружина его кормяхуся, воююще ины страны и бьющеся и ркуще: «братие, потягнемъ по своемъ князѣ и по Рускои землѣ; глаголюще: «мало есть намъ, княже, двусотъ гривенъ». Они бо не складаху на своя жены златыхъ обручей, но хожаху жены ихъ в сребряныхъ; и росплодили были землю Русьскую»[569]. Итак, настоящий князь собирал с населения небольшие справедливые налоги, которые использовал не на собственное обогащение, а давал дружине на оружие. Дружина же кормилась, воюя другие страны, и благодаря таким порядкам древние правители не только защитили родную землю, процветавшую под их властью, но и подчинили ей другие страны. То, что эти древние князья, «росплодившие землю Русьскую», были язычниками, нисколько не смущает летописца, ставящего их в пример своим погрязшим в корыстолюбии современникам. С другой стороны, если князь следовал правде, то и на его подданных лежал долг служить ему верой-правдой. На протяжении всего нашего исследования мы неоднократно отмечали связь с Правдой как князя, так и дневного светила. Судя по всему, первые Рюриковичи, начиная с основателя династии, рассматривались своими современниками в качестве подобных носителей. Как уже отмечалось выше, Иларион прославлял Владимира именно за то, что тот «единодержець бывъ земли своей, покоривъ подъ ся округъняа страны, овы миромъ, а непокоривыа мечемъ, и тако ему въ дни свои живущю и землю свою пасущю правдою, мужьствомъ же и смысломъ», завершая восхваление «вънука старааго Игоря, сына же славнааго Святослава» следующим образом: «Ты правдою бѣ облѣненъ, крѣпостию препоясанъ, истиною обутъ, смысломъ вѣнчанъ и милостынею яко гривною и утварью златою красуяся»[570].

Противостояние Света и Тьмы в мирочувствовании наших предков

Сопоставление польской пословицы «Do kogo stance, do tego і ludzi» с русской «За кого Бог, за того и добрые люди» указывает на то, что в сознании славян если не все, то, по крайней мере, добрые люди действуют единодушно со своим божественным прародителем. Подобно тому как Солнце противостоит Тьме в масштабах Космоса, так и его потомки, носители солнечного света славяне, противостояли враждебным дневному светилу силам Тьмы на земном уровне. Отечественная традиция дает нам немало примеров подобного самовосприятия себя нашими далекими предками. Так, например, созданное в XII в. «Слово о полку Игореве» так описывает поражение русских войск от кочевников:

На рѣцѣ на Каялѣ тьма свѣтъ покрыла —по Руской земли прострошася половци,акы пардуже гнѣздо.Уже снесеси хула на хвалу;уже тресну нужда на волю… —На реке на Каяле тьма свет покрыла —по Русской земле простерлись половцы,точно выводок гепардов.Уже пал позор на славу;уже ударило насилие на свободу…[571]

Весьма примечательно, что в данном отрывке русичи последовательно соотносятся со светом, славой (само слово хвала заимствовано из иранского языка и является синонимом славы, так что замена в приведенном переводе с древнерусского на современный язык представляется вполне оправданной) и свободой, т. е. с теми основополагающими началами, с которыми славяне задолго до XII в. соотносили себя как в мифологическом, так и в этимологическом плане. С другой стороны, кочевники соответственно соотносятся с тьмой и хищными зверями, неся Русской земле насилие и позор. Аналогичное противопоставление русского и вражеского войска как Света и Тьмы мы видим и в былинах:

Далеко в чистом поле рати встретились.У Тугарина рать — туча черная,Княженецкая рать — молонья светлая[572].

Даже когда этого четкого противопоставления нет, авторы былин не забывали подчеркивать черную сущность своих врагов, враждебную дневному светилу, осмысляемую, правда, уже не в мифологическом, а в физическом ключе: