Дедушка, Grand-p`ere, Grandfather… Воспоминания внуков и внучек о дедушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX – XX веков

Жилой фонд переходил под контроль Моссовета, безграничный контроль. Летом 1918 года райжилкомиссии взяли на учет даже те квартиры, из которых люди просто выехали на дачи. Предупреждали: если не вернетесь до сентября, отберем. Официальные документы сообщали, что отбирается площадь, «занимаемая буржуазными и другими непролетарскими сословиями населения». Выселялись «богатые граждане, живущие нетрудовыми доходами, а также лица свободных профессий».

Но что значит «богатые»? Ленин и тут дал разъяснение: речь идет о тех случаях, когда в квартире «число комнат равно или превышает число душ населения квартиры». Что ж, старики еще живы. Значит, шесть человек! Но и комнат шесть. Вот и уплотнили! Правда, чтобы подсластить пилюлю, власти разрешали объединять в одной комнате лишь три категории жителей. Это супруги; родители с детьми до двенадцати лет; те, кто состоит в кровном родстве. Да, для нашей семьи, как ни крути, западня.

Словом, оставили две комнаты. Вроде бы даже проявили гуманность: предложили выбрать. Естественно, выбрали самые большие: 45 и 27 квадратных метров. Неудобные, через коридор; за стенкой уборная и ванная, мокрицы потом ползали. Но они тогда еще не понимали, что это такое — коммунальная квартира…

* * *

Фотографии и документы моих предков, письма и альбомы, елочные игрушки, сохранившиеся с конца Х1Х века, сотни других вещей я передала в музеи и архивы. А в доме повесила на стену почетный диплом, который получила в 2008 году на фотоконкурсе «Москва: семейный альбом», с очень дорогими для меня словами: «За бережное сохранение семейных фотоархивов, личный вклад в создание истории семьи, верность традициям».

М. А. Казанкова«Гражданин города Мурома Алексей Федорович Жадин»

Свой рассказ о дедушке я хотела бы начать с одного интересного наблюдения, которое я сделала уже в зрелом возрасте. Мое детство прошло в городе Кинешме. В этом красивейшем волжском городе я училась в школе, а затем в химико-технологическом техникуме. У меня было много друзей среди сверстников, у большинства из нас были мамы и папы, и у многих даже бабушки, но с дедушками было плохо. Дедушек не было практически ни у кого. Когда я подросла и переехала в Москву, то среди новых друзей и знакомых картина повторилась — дедушки встречались необычайно редко. И только сейчас я поняла, что у нашего поколения дедушки были истреблены как класс. Наши дедушки, которые в 1914–1922 годах составляли основную массу молодых людей российского государства, погибли в Первую мировую и Гражданскую войны, были уничтожены во времена красного и белого террора.

У меня тоже не было дедушки, т. е. дедушка конечно же был, как у каждого ребенка и взрослого человека по законам природы, но я не была знакома с ним и даже долгое время не знала его имени. Впервые я услышала о дедушке от мамы, когда была уже вполне взрослой, сознательной девушкой лет пятнадцати-шестнадцати и мама рассказывала, что моя бабушка влюбилась в дедушку с первого взгляда, встретив его с друзьями в аптеке, расположенной на улице в Муроме. Бабушке очень понравилось, как он повернул голову, и этот поворот головы решил их судьбу — ее сердце до конца жизни осталось принадлежать этому стройному и подтянутому молодому человеку — Алексею Федоровичу Жадину.

Город Муром, Московская улица

Мой дедушка, Алексей Федорович Жадин, родился 9 (22) февраля 1886 года в Муроме в старинной купеческой семье. Его отец — потомственный почетный гражданин, купец 1-й гильдии — Жадин Федор Васильевич происходил из одного из древних муромских родов. Фамилия Жадин — одна из самых древних муромских фамилий: она упоминается в писцовой книге середины XVI века. Существует несколько версий происхождения этой фамилии: первая — лежит на поверхности и предполагает, что фамилия образовалась от прозвища «жадный», которым мог называться действительно жадный человек, или наоборот — прозвище служило оберегом от сглаза. Следующая версия рассказана мне профессором-биофизиком, Жадиным Михаилом Николаевичем, по рождению терским казаком. В станице, где жил Михаил Николаевич, говорили, что во время русско-французкой войны казаки взяли в плен француза по фамилии Жаден и привезли его в станицу, отсюда и пошла фамилия Жадин. Не менее любопытно предположение, что фамилия имеет польские корни. Известно (словарь Брокгауза и Ефрона), что в переговорах между русскими и поляками в 1634 году, закончившихся Поляновским миром, с польской стороны участвовал епископ Хелминский и Помезанский, Якуб Жадин (Задзик). Фамилия Жадин может быть также связана с тремя географическими названиями: деревней Жадины Боровичского района Нижегородской области, расположенной по обоим берегам реки Мета, деревней Жадина, упоминаемой в переписных книгах 1707 года среди деревень Радогожского стана Комарицкой волости Севского уезда, и речкой Жодинкой (Жадинкой) в Белоруссии.