Дедушка, Grand-p`ere, Grandfather… Воспоминания внуков и внучек о дедушках, знаменитых и не очень, с винтажными фотографиями XIX – XX веков

Вечером (часов в 9-10) прибыли в Черемху. Это передаточная станция в СССР. Вокзал, электростанция — все разрушено немцами при отступлении.

Рига, 1946

23 сент. Границу прошли часов в 10, а к 12 были в Волковысске. Отсюда нас буквально выбросили через 1 час после прибытия. К вечеру после быстрой езды прибыли в Барановичи. Тут столпотворение. Эшелоны, транспорты, бойцы, репатриированные, демобилизованные, военнопленные наши и немецкие. Сначала нам заявили, что раньше чем через сутки нам отсюда не выбраться. Однако 24 сент. утром мы выехали дальше и часов в 12 прибыли в Минск. О всех этих местах можно сказать только одно: бедность. Трудно смотреть на этих прозрачно-бледных детей, сморщенных старух, пожилых женщин в отрепьях с тупыми, безжизненными лицами.

Удалось совершить прогулку по Минску. Город разрушен, остались преимущественно плохенькие дома в один-два этажа. Но здание Белорусского Совнаркома буквально сияет на общем тусклом, сером фоне… Просто бросается в глаза большое количество красивых, интересных женщин. Они плохо, безвкусно одеты, но лица сверкают энергией и умом! Какая разница с плоскогрудыми немками с безжизненно-деревянными физиономиями без всяких признаков мысли и воли. В Минске за 20 мин. до отхода транспорта у меня отцепили один вагон. Беготня и хлопоты не помогли, и пришлось с вагоном оставить двух бойцов из моей команды.

Швеция, 1966

25.09. Борисов утром, днем Орша, вечером Смоленск. Было много разговоров о нестандартности упаковки вагонов. Но все обошлось благополучно.

В Смоленске стояли недолго — часа 2, не больше.

26.09. Утром — Вязьма. Получили продукты и к вечеру прибыли в Можайск.

27 сент. В 5 утра мы прибыли на Белорусскую товарную.

Мое заграничное путешествие окончилось. Было оно интересным и тяжелым. Это, пожалуй, самая безрадостная моя поездка. Несмотря на то что пришлось многое увидеть и порядком поучиться (под конец я легко читал газеты и авантюрные романы), все это как-то не приносило ни малейшей радости или удовольствия. События, которые пришлось поверхностно наблюдать, так серьезны и так многозначительны, что они не могут не быть трагичны. И вот теперь, когда я сижу месяц спустя после приезда у себя дома, я не знаю даже, следует ли мне быть довольным этой поездкой или нет. Может быть, было бы спокойнее не ездить. Конечно, это малодушие, но что поделаешь. Но одним обстоятельством я доволен: я не менял папиросы, масло и т. д. на вещи у немцев, я не ходил и не клянчил радиоприемники, я вполне мог унести весь свой багаж в одной руке.

С. А. БондаренкоОн погиб под Сталинградом

Воистину суров он был и грозен

Тот год военный горя и невзгод.

Ты видел в жизни только 20 весен,

А остальные отдал за народ.

Судьба мальчика, ученика московской школы № 328, Вадима Косцова похожа на миллионы мальчишеских судеб, прерванных самой страшной войной в истории человечества. Советское детство, школа, друзья, влюбленность, начало войны, патриотический порыв пойти добровольцем на фронт, учебка — летные курсы, долгое, томительное ожидание «громить врага» и сразу под Сталинград, где погиб в неравном бою.

В нашей семье это боль, передаваемая на генетическом уровне через поколения. Как жаль, что его не стало, что он не успел увидеть жизнь, воспитать детей и внуков, тем самым лишив нас, потомков, родных и близких. Особенно остро это переживала его сестра, моя двоюродная бабушка, Калерия Ивановна Шишонкова, скончавшаяся летом 2010 года и очень сожалевшая о смерти брата до конца своих дней.

Подвиг Вадика я понимаю, как жертву за мою жизнь, за жизнь моих детей и жизнь на земле, которая так уязвима от деяний рук человеческих. Героические судьбы мальчиков, спасших своими жизнями наше Отечество и мир, мы должны высоко ценить и свято помнить. Это понимание и должно формировать духовный стержень нашего общества, его нравственные ориентиры. В этом наше спасение.

22 июня 2011 года