Деньги. Увлекательная история самого почитаемого и проклинаемого изобретения человечества

Тем временем во Франции настойчивость Ло наконец стала приносить плоды. Люди обнаружили, что им нравятся бумажные деньги Ло – ими было проще пользоваться, чем золотом или серебром. В течение нескольких лет у банка появились несколько филиалов по стране, что позволило людям переводить деньги из города в город путем обращения в местный банк и запроса на перевод. Предоставляя ссуды и создавая деньги, банк Ло, казалось, поддерживает французскую экономику. Во Франции возродилась традиционная деятельность по выращиванию и производству продуктов.

Речь шла о миллионах

В декабре 1718 года банк Ло стал называться Banque Royale – Королевским банком. Теперь его полностью контролировал король (то есть приятель Ло герцог Орлеанский). Новый устав предписывал, что банк может напечатать столько бумажных денег, сколько позволит король. Он также официально связывал владение банком и Миссисипской компанией. Больше напечатанных денег – больше объем торговли, следовательно, больше прибыли у вовлеченных лиц. Банк и компания, как предполагалось, поддерживали бы друг друга, и вся Франция (включая, конечно, Джона Ло) стала бы богаче.

Все происходило стремительно. В следующие несколько месяцев Ло провел слияние Миссисипской компании с другими французскими компаниями, которые якобы специализировались на торговле с Азией и Африкой, но, по сути, мало что делали. Ло также получил право на торговлю табаком во Франции («Они называют это волшебным растением, потому что человек, начавший его потреблять, уже не может бросить», – говорила принцесса Палатина).

Чтобы заплатить за эти приобретения, Ло планировал продать новые акции Миссисипской компании. Люди видели, что предприятие развивается, также у них были деньги – деньги, которые печатал банк Ло. Всем захотелось приобрести акции. Здесь Ло сделал гениальный шаг. Он сказал: «Вы не можете купить новые акции, если вы не владеете старыми». Итак, все ринулись скупать старые акции, и их цена резко начала расти.

Несколько недель спустя компания приобрела права на все доходы Королевского монетного двора в течение следующих девяти лет. Ло спонсировал этот ход другим выпуском акций – и, чтобы их купить на этот раз, вам нужно было иметь акции обоих предыдущих выпусков. Стоимость акций стала еще выше.

К августу 1719 года акции торговались более чем за 3000 ливров каждая, по сравнению с около 500 несколько месяцев назад. Примерно в это время Ло сделал самый важный шаг. Он предложил королю занять достаточно денег для полной выплаты государственного долга Франции. По сути, он хотел объединить займы короля: собрать их вместе и снизить процентную ставку. Король – в лице регента – принял его предложение. Чтобы собрать деньги, Ло продал еще больше акций.

Люди знали, что цена только увеличится, когда акции появятся на открытом рынке, поэтому они шли прямиком к Ло в надежде купить акции лично у него. «Ло постоянно осаждали просители и льстецы; люди выбивали его дверь, забирались к нему домой через окна в саду и вваливались в его кабинет по дымоходу, – писал дворянин того времени. – Речь шла о миллионах». Для обозначения людей, которые разбогатели на акциях Миссисипской компании, изобрели слово «миллионер».

Ло продолжал захватывать бизнес французского государства. В итоге, что было неизбежно, регент предоставил Ло право собирать налоги от имени короля. Французы платили специальные налоги на каждую мелочь, которую они покупали. Закон заменил их единым подоходным налогом, который был более эффективным и менее обременительным для бедных. «Люди танцевали и прыгали по улице, как будто они обезумели от радости, – писал Даниэль Дефо из Парижа той осенью. – Теперь они не платят ни одного гроша налогов за дерево, уголь, сено, овес, масло, вино, пиво, хлеб, карты, мыло, скот, рыбу – словом, ни за что».

Франция ликовала. Деньги были повсюду. В сельской местности фермеры начали выращивать урожай на земле, которая была оставлена под пар. В Париже ремесленники продавали больше кружев, тарелок и одежды, чем когда-либо. Правительство нанимало рабочих для строительства дорог и мостов. Французские солдаты воевали с Испанией – они всегда с кем-то воевали, но на этот раз правительство могло заплатить им, не переплавляя королевское серебро.

Джон Ло все в большей степени становился лицом французской экономики. Он собирал налоги для правительства и получал от него выплаты по государственному долгу. Он обладал монополией на всю торговлю Франции за пределами Европы. И он буквально мог печатать деньги.